Любил он в шумной, в светлой жизни сиять, Кутить забавах, нежным сердцем пылать; Онегин в моде был; он знал порядок Приятелей, домовых, как водевильный складок; Ему казалось: весь веселый свет Должен для него один, и он — ответ. Он был и мил, и горд; хотя не дай Бог Найти в нем слишком мало или слишком много лицемерия и лжи, Но он имел свое очарованье, ту странную легкость быть иль не быть, Которую простые смертные зовут «шарм».
Ему наскучила светская жизнь. Оно и понятно: Ежедневные маскарады, мимолетные речи, Унылые шуты, которые зовут себя друзьями, Нудные беседы о моде, о баллах и об очередных успехах — Все это утомляло его тонкую душу. Он начал искать иной путь, и однажды случилось так, Что Онегин отправился в деревню, в имение своего дяди.
Дядя был добрый, но несколько суховатый человек; Он любил природу, охоту и порядок в бумагах, Не любил разговоров о пресловутом «шарме» и светской пустоте, И потому в доме его было простое, спокойное счастье. Там Онегин открыл утешение в близости к земле, В тихих прогулках по полям и в беседах с местными помещиками, Которые жили размеренно и честно, как люди из старой школы.
В деревне Онегин познакомился с Ленским, юношей по духу мечтательным, И с Оленькой — прекрасной девушкой, обладательницей нежности и простоты. Тут зародились новые чувства, и жизнь показалась иной, Не такой пустой и тщеславной, какой она была в свете. Но перемены в душе героя были небыстры и полны сомнений; Онегин ощущал, что между ним и счастьем — какая-то непреодолимая стена, И не знал, сможет ли он разорвать ее или лишь отступит навсегда.