Игрок
Фёдор Михайлович Достоевский
English title: The Gambler
English author: Fyodor Dostoevsky
Original text: Russian Wikisource · Russian Wikisource source text: Игрок (Достоевский); pinned revision snapshot (Lectio bundled import)
Reference: Russian — Wikibooks — Community-maintained, CC BY-SA.
Find a section
Choose a paragraph to open its bounded reader passage.
Current position: Section 1 of 1011
Глава I
Наконец я возвратился из моей двухнедельной отлучки. Наши уже три дня как были в Рулетенбурге. Я думал, что…
Мне отвели маленькую комнатку, в четвертом этаже отеля. Здесь известно, что я принадлежу к свите генерала. По всему…
— А то вы, пожалуй, их в воксал, на рулетку, поведете. Вы меня извините, — прибавил он, —…
— Да ведь у меня и денег нет, — отвечал я спокойно; — чтобы проиграться, нужно их иметь.
— Вы их немедленно получите, — ответил генерал, покраснев немного, порылся у себя в бюро, справился в книжке,…
— Как же мы сосчитаемся, — заговорил он, — надо переводить на талеры. Да вот возьмите сто талеров,…
Я молча взял деньги.
— Вы, пожалуйста, не обижайтесь моими словами, вы так обидчивы… Если я вам заметил, то я, так сказать,…
Возвращаясь пред обедом с детьми домой, я встретил целую кавалькаду. Наши ездили осматривать какие-то развалины. Две превосходные коляски,…
M-lle Blanche стоит тоже в нашем отеле, вместе с матерью; где-то тут же и наш французик. Лакеи называют-его…
Я так и знал, что m-r le comte меня не узнает, когда мы соединимся за обедом. Генерал, конечно,…
Этого странного англичанина я встретил сначала в Пруссии, в вагоне, где мы сидели друг против друга, когда я…
За столом французик тонировал необыкновенно; он со всеми небрежен и важен. А в Москве, я помню, пускал мыльные…
Я был в странном настроении духа; разумеется, я еще до половины обеда успел задать себе мой обыкновенный и…
Началось тем, что я вдруг, ни с того ни с сего, громко и без спросу ввязался в чужой…
— Если вы человек себя уважающий, — пустился я далее, — то непременно напроситесь на ругательства и должны…
Я проговорил это по-французски. Генерал смотрел на меня в недоумении, не зная, рассердиться ли ему или только удивиться,…
— Значит, вас кто-нибудь и где-нибудь проучил, — сказал французик небрежно и презрительно.
— Я в Париже сначала поругался с одним поляком, — ответил я, — потом с одним французским офицером,…
— Плюнуть? — спросил генерал с важным недоумением и даже осматриваясь. Французик оглядывал меня недоверчиво.
— Точно так-с, — отвечал я. — Так как я целых два дня был убежден, что придется, может…
«Как! в то же время, когда у него сидит кардинал!» — закричал аббатик, с ужасом от меня отстраняясь,…
Тогда я ответил ему, что я еретик и варвар, «que je suis heretique et barbare», и что мне…
— Вы это, однако же, — начал было генерал…
— Вас спасло, что вы объявили себя варваром и еретиком, — заметил, усмехаясь, французик. — «Cela n’etait pas…
— Так неужели смотреть на наших русских? Они сидят здесь — пикнуть не смеют и готовы, пожалуй, отречься…
— Этого быть не может, — вскипел французик, — французский солдат не станет стрелять в ребенка!
— Между тем это было, — отвечал я. — Это мне рассказал почтенный отставной капитан, и я сам…
Француз начал говорить много и скоро. Генерал стал было его поддерживать, но я рекомендовал ему прочесть хоть, например,…
Сначала начали, разумеется, о делах. Полина просто рассердилась, когда я передал ей всего только семьсот гульденов. Она была…
— Мне во что бы ни стало нужны деньги, — сказала она, — и их надо добыть; иначе…
Я стал расспрашивать о том, что сделалось в мое отсутствие.
— Больше ничего, что получены из Петербурга два известия: сначала, что бабушке очень плохо, а через два дня,…
— Итак, здесь все в ожидании? — спросил я.
— Конечно: все и всё; целые полгода на одно это только и надеялись.
— И вы надеетесь? — спросил я.
— Ведь я ей вовсе не родня, я только генералова падчерица. Но я знаю наверно, что она обо…
— Мне кажется, вам очень много достанется, — сказал я утвердительно.
— Да, она меня любила; но почему вам это кажется?
— Скажите, — отвечал я вопросом, — наш маркиз, кажется, тоже посвящен во все семейные тайны?
— А вы сами к чему об этом интересуетесь? — спросила Полина, поглядев на меня сурово и сухо.
— Еще бы; если не ошибаюсь, генерал успел уже занять у него денег.
— Вы очень верно угадываете.
— Ну, так дал ли бы он денег, если бы не знал про бабуленьку? Заметили ли вы, за…
— Да, вы правы. Как только он узнает, что и мне что-нибудь по завещанию досталось, то тотчас же…
— Еще только посватается? Я думал, что он давно сватается.
— Вы отлично хорошо знаете, что нет! — с сердцем сказала Полина. — Где вы встретили этого англичанина?…
— Я так и знал, что вы о нем сейчас спросите.
Я рассказал ей о прежних моих встречах с мистером Астлеем по дороге.
— Он застенчив и влюбчив и уж, конечно, влюблен в вас?
— Да, он влюблен в меня, — отвечала Полина.
— И уж, конечно, он в десять раз богаче француза. Что, у француза действительно есть что-нибудь? Не подвержено…
— Не подвержено. У него есть какой-то chateau. Мне еще вчера генерал говорил об этом решительно. Ну что,…
— Я бы, на вашем месте, непременно вышла замуж за англичанина.
— Почему? — спросила Полина.
— Француз красивее, но он подлее; а англичанин, сверх того, что честен, еще в десять раз богаче, —…
— Да; но зато француз — маркиз и умнее, — ответила она наиспокойнейшим образом.
— Да верно ли? — продолжал я по-прежнему.
— Совершенно так.
Полине ужасно не нравились мои вопросы, и я видел, что ей хотелось разозлить меня тоном и дикостию своего…
— Что ж, меня действительно развлекает, как вы беситесь. Уж за одно то, что я позволяю вам делать…
— Я действительно считаю себя вправе делать вам всякие вопросы, — отвечал я спокойно, — именно потому, что…
Полина захохотала:
— Вы мне в последний раз, на Шлангенберге, сказали, что готовы по первому моему слову броситься вниз головою,…
Она стала вставать. Она говорила с раздражением. В последнее время она всегда кончала со мною разговор со злобою…
— Позвольте вас спросить, что такое mademoiselle Blanche? — спросил я, не желая отпустить ее без объяснения.
— Вы сами знаете, что такое mademoiselle Blanche. Больше ничего с тех пор не прибавилось. Mademoiselle Blanche, наверно,…
— А генерал влюблен окончательно?
— Теперь не в этом дело. Слушайте и запомните: возьмите эти семьсот флоринов и ступайте играть, выиграйте мне…
Сказав это, она кликнула Наденьку и пошла к воксалу, где и присоединилась ко всей нашей компании. Я же…
Однако ж у меня было ее поручение — выиграть на рулетке во что бы ни стало. Мне некогда…
Глава II
Признаюсь, мне это было неприятно; я хоть и решил, что буду играть, но вовсе не располагал начинать для…
Во всяком случае, я определил сначала присмотреться и не начинать ничего серьезного в этот вечер. В этот вечер,…
Во-первых, мне все показалось так грязно — как-то нравственно скверно и грязно. Я отнюдь не говорю про эти…
Сволочь действительно играет очень грязно. Я даже не прочь от мысли, что тут у стола происходит много самого…
Сначала вся эта штука была для меня тарабарскою грамотою; я только догадывался и различал кое-как, что ставки бывают…
Они все где-то гуляли в парке, и я успел увидеться с нею только за ужином. На этот раз…
— Почему же? — спросила она тревожно.
— Потому что хочу играть для себя, — отвечал я, рассматривая ее с удивлением, — а это мешает.
— Так вы решительно продолжаете быть убеждены, что рулетка ваш единственный исход и спасение? — спросила она насмешливо.…
Полина Александровна настаивала, чтоб я непременно разделил с нею сегодняшний выигрыш пополам, и отдавала мне восемьдесят фридрихсдоров, предлагая…
— И, однако ж, я сама, как ни глупо это, почти тоже надеюсь на одну рулетку, — сказала…
Глава III
И, однако ж, вчера целый день она не говорила со мной об игре ни слова. Да и вообще…
Я недели за три еще знал об ее намерении играть на рулетке. Она меня даже предуведомила, что я…
Вчерашний день у нас много говорилось о телеграмме, пущенной еще четыре дня назад в Петербург и на которую…
Кто такая m-lle Blanche? Здесь у нас говорят, что она знатная француженка, имеющая с собой свою мать и…
Мне хоть и показалось наверное, что Полина избегает разговора со мною, как бы с целью, но я и…
Любопытен мне тоже был вчера и сегодня мистер Астлей. Да, я убежден, что он влюблен в Полину! Любопытно…
— А, mademoiselle Blanche!.. Я много видел таких женщин, как mademoiselle Blanche!
Он замолчал, знаменательно смотря на меня. Что он этим хотел сказать, не знаю, потому что на вопрос мой:…
— Уж это так. Mademoiselle Blanche очень любит цветы?
— Не знаю, совсем не знаю, — отвечал я.
— Как! Вы и этого не знаете! — вскричал он с величайшим изумлением.
— Не знаю, совсем не заметил, — повторил я смеясь.
— Гм, это дает мне одну особую мысль. — Тут он кивнул головою и прошел далее. Он, впрочем,…
Глава IV
Сегодня был день смешной, безобразный, нелепый. Теперь одиннадцать часов ночи. Я сижу в своей каморке и припоминаю. Началось…
За обедом я был опять в возбужденном состоянии, так же как и три дня тому назад. Француз и…
Генерал был чрезвычайно удивлен: откуда я взял такие деньги? Я объяснил, что начал с десяти фридрихсдоров, что шесть…
Все это, конечно, было вероятно. Объясняя это, я посмотрел на Полину, но ничего не мог разобрать в ее…
Я думал, что генерал сделает мне какое-нибудь замечание, но он промолчал; зато я заметил в лице его волнение…
Я подозреваю, что у него вчера вечером вышла с французом какая-то жаркая контра. Они долго и с жаром…
Выслушав о моем проигрыше, француз едко и даже злобно заметил мне, что надо было быть благоразумнее. Не знаю,…
— А по моему мнению, рулетка только и создана для русских, — сказал я, и когда француз на…
— На чем же вы основываете ваше мнение? — спросил француз.
— На том, что в катехизис добродетелей и достоинств цивилизованного западного человека вошла исторически и чуть ли не…
— Это отчасти справедливо, — заметил самодовольно француз.
— Нет, это несправедливо, и вам стыдно так отзываться о своем отечестве, — строго и внушительно заметил генерал.
— Помилуйте, — отвечал я ему, — ведь, право, неизвестно еще, что гаже: русское ли безобразие или немецкий…
— Какая безобразная мысль! — воскликнул генерал.
— Какая русская мысль! — воскликнул француз.
Я смеялся, мне ужасно хотелось их раззадорить.
— А я лучше захочу всю жизнь прокочевать в киргизской палатке, — вскричал я, — чем поклоняться немецкому…
— Какому идолу? — вскричал генерал, уже начиная серьезно сердиться.
— Немецкому способу накопления богатств. Я здесь недолго, но, однако ж, все-таки, что я здесь успел подметить и…
— Уж вы не сердитесь, генерал, позвольте мне рассказать потрогательнее. Я сам помню, как мой отец, покойник, тоже…
— Не знаю, много ли правды в том, что вы говорили, — задумчиво заметил генерал, — но знаю…
По обыкновению своему, он не договорил. Если наш генерал начинал о чем-нибудь говорить, хотя капельку позначительнее обыкновенного обыденного…
Глава V
Она была в необыкновенной задумчивости, но тотчас по выходе из-за стола велела мне сопровождать себя на прогулку. Мы…
Так как я был в особенно возбужденном состоянии, то и брякнул глупо и грубо вопрос: почему наш маркиз…
— Потому что он подлец, — странно ответила она мне. Я никогда еще не слышал от нее такого…
— А заметили ли вы, что он сегодня не в ладах с генералом?
— Вам хочется знать, в чем дело, — сухо и раздражительно отвечала она. — Вы знаете, что генерал…
— А, так это действительно правда, что все в закладе? Я слышал, но не знал, что решительно все.
— А то как же?
— И при этом прощай mademoiselle Blanche, — заметил я. — Не будет она тогда генеральшей! Знаете ли…
— Мне самой кажется, что с ним что-нибудь будет, — задумчиво заметила Полина Александровна.
— И как это великолепно, — вскричал я, — грубее нельзя доказать, что она согласилась выйти только за…
— Это все вздор, — сказала она с отвращением, перебивая меня. — Я, напротив того, удивляюсь, что вы…
— Зачем вы давали их мне проигрывать? Я вам сказал, что не могу играть для других, тем более…
— К чему эти вопросы?
— Но ведь вы сами обещали мне объяснить… Слушайте: я совершенно убежден, что когда начну играть для себя…
Она сделала презрительную мину.
— Вы не сердитесь на меня, — продолжал я, — за такое предложение . Я до того проникнут…
Она быстро поглядела на меня и, заметив, что я говорю раздражительно и саркастически, опять перебила разговор:
— Вам нет ничего интересного в моих обстоятельствах. Если хотите знать, я просто должна. Деньги взяты мною взаймы,…
— Или потому, что уж слишком надо было выиграть. Это точь-в-точь, как утопающий, который хватается за соломинку. Согласитесь…
Полина удивилась.
— Как же, — спросила она, — вы сами-то на то же самое надеетесь? Две недели назад вы…
— Это правда, — отвечал я задумчиво, — я до сих пор уверен вполне, что выиграю. Я даже…
— Почему же вы так наверно убеждены?
— Если хотите — не знаю. Я знаю только, что мне надо выиграть, что это тоже единственный мой…
— Стало быть, вам тоже слишком надо, если вы фанатически уверены?
— Бьюсь об заклад, что вы сомневаетесь, что я в состоянии ощущать серьезную надобность?
— Это мне все равно, — тихо и равнодушно ответила Полина. — Если хотите — да, я сомневаюсь,…
— Кстати, — перебил я, — вы говорили, что вам долг нужно отдать. Хорош, значит, долг! Не французу…
— Что за вопросы? Вы сегодня особенно резки. Уж не пьяны ли?
— Вы знаете, что я все себе позволяю говорить, и спрашиваю иногда очень откровенно. Повторяю, я ваш раб,…
— Все это вздор! И терпеть я не могу этой вашей «рабской» теории.
— Заметьте себе, что я не потому говорю про мое рабство, чтоб желал быть вашим рабом, а просто…
— Говорите прямо, зачем вам деньги?
— А вам зачем это знать?
— Как хотите, — ответила она и гордо повела головой.
— Рабской теории не терпите, а рабства требуете: «Отвечать и не рассуждать!» Хорошо, пусть так. Зачем деньги, вы…
— Понимаю, но не впадать же в такое сумасшествие, их желая! Вы ведь тоже доходите до исступления, до…
Она как будто начинала сердиться, и мне ужасно понравилось, что она так с сердцем допрашивала.
— Разумеется, есть цель, — сказал я, — но я не сумею объяснить — какая. Больше ничего, что…
— Как? как вы этого достигнете?
— Как достигну? как, вы даже не понимаете, как могу я достигнуть, чтоб вы взглянули на меня иначе,…
— Вы говорили, что вам это рабство наслаждение. Я так и сама думала.
— Вы так думали, — вскричал я с каким-то странным наслаждением. — Ах, как эдакая наивность от вас…
— Речи молокососа. При всяком положении можно поставить себя с достоинством. Если тут борьба, то она еще возвысит,…
— Прямо из прописи! Вы только предположите, что я, может быть, не умею поставить себя с достоинством. То…
— Может быть, вы потому и рассчитываете закупить меня деньгами, — сказала она, — что не верите в…
— Когда я рассчитывал купить вас деньгами? — вскричал я.
— Вы зарапортовались и потеряли вашу нитку. Если не меня купить, то мое уважение вы думаете купить деньгами.
— Ну нет, это не совсем так. Я вам сказал, что мне трудно объясняться. Вы подавляете меня. Не…
— Совсем не смеюсь, — сказала она с гневом. — Я приказываю вам молчать.
Она остановилась, едва переводя дух от гнева. Ей-богу, я не знаю, хороша ли она была собой, но я…
— Какая грязь! — воскликнула она с отвращением.
— Мне все равно, — продолжал я. — Знаете ли еще, что нам вдвоем ходить опасно: меня много…
— Какая глупая болтовня! — вскричала она.
— Мне никакого дела нет до того, глупа ли она иль умна, — вскричал я. — Я знаю,…
— К чему мне заставлять вас прыгать с Шлангенберга? — сказала она сухо и как-то особенно обидно. —…
— Великолепно! — вскричал я, — вы нарочно сказали это великолепное «бесполезно», чтоб меня придавить. Я вас насквозь…
Помню, она рассматривала меня с каким-то особенно пристальным вниманием. Должно быть, лицо мое выражало тогда все мои бестолковые…
— Нет, почему ж, я вам верю, — произнесла она, но так, как она только умеет иногда выговорить,…
— Вы не трус? — опросила она меня вдруг.
— Не знаю, может быть, и трус. Не знаю… я об этом давно не думал.
— Если б я сказала вам: убейте этого человека, вы бы убили его?
— Кого?
— Кого я захочу.
— Француза?
— Не спрашивайте, а отвечайте, — кого я укажу. Я хочу знать, серьезно ли вы сейчас говорили? —…
— Да скажете ли вы мне, наконец, что такое здесь происходит! — вскричал я. — Что вы, боитесь,…
— Я с вами вовсе не о том говорю. Я вас спросила и жду ответа.
— Разумеется, убью, — вскричал я, — кого вы мне только прикажете, но разве вы можете… разве вы…
— А что вы думаете, вас пожалею? Прикажу, а сама в стороне останусь. Перенесете вы это? Да нет,…
Мне как бы что-то в голову ударило при этих словах. Конечно, я и тогда считал ее вопрос наполовину…
Вдруг она захохотала. Мы сидели тогда на скамье, пред игравшими детьми, против самого того места, где останавливались экипажи…
— Видите вы эту толстую баронессу? — вскричала она. — Это баронесса Вурмергельм. Она только три дня как…
— Зачем?
— Вы клялись, что соскочили бы с Шлангенберга; вы клянетесь, что вы готовы убить, если я прикажу. Вместо…
— Вы вызываете меня; вы думаете, что я не сделаю?
— Да, вызываю, ступайте, я так хочу!
— Извольте, иду, хоть это и дикая фантазия. Только вот что: чтобы не было неприятности генералу, а от…
— Нет, вы только болтун, как я вижу, — сказала она презрительно. — У вас только глаза кровью…
Я повернулся и молча пошел исполнять ее поручение. Конечно, это было глупо, и, конечно, я не сумел вывернуться,…
Вот уже два дня прошло после того глупого дня. И сколько крику, шуму, толку, стуку! И какая всё…
Это Полина, это всё Полина! Может быть, не было бы и школьничества, если бы не она. Кто знает,…
Впрочем, к делу.
Я спустился по дорожке в аллею, стал посредине аллеи и выжидал баронессу и барона. В пяти шагах расстояния…
Помню, баронесса была в шелковом необъятной окружности платье, светло-серого цвета, с оборками, в кринолине и с хвостом. Она…
Всё это мелькнуло мне в глаза в три секунды.
Мой поклон и моя шляпа в руках сначала едва-едва остановили их внимание. Только барон слегка насупил брови. Баронесса…
— Madame la baronne, — проговорил я отчетливо вслух, отчеканивая каждое слово, — j’ai l’honneur d’être votre esclave.
Затем поклонился, надел шляпу и прошел мимо барона, вежливо обращая к нему лицо и улыбаясь.
Шляпу снять велела мне она, но поклонился и сошкольничал я уж сам от себя. Черт знает, что меня…
— Гейн!— крикнул, или лучше сказать, крякнул барон, оборачиваясь ко мне с сердитым удивлением.
Я обернулся и остановился в почтительном ожидании, продолжая на него смотреть и улыбаться. Он, видимо, недоумевал и подтянул…
— Гейн! — крякнул опять барон с удвоенным кряктом и с удвоенным гневом.
— Jawohl, — протянул я, продолжая смотреть ему прямо в глаза.
— Sind Sie rasend? — крикнул он, махнув своей палкой и, кажется, немного начиная трусить. Его, может быть,…
— Jawo-o-ohl! — крикнул я вдруг изо всей силы, протянув о, как протягивают берлинцы, поминутно употребляющие в разговоре…
Барон и баронесса быстро повернулись и почти побежали от меня в испуге. Из публики иные заговорили, другие смотрели…
Я оборотился и пошел обыкновенным шагом к Полине Александровне. Но еще не доходя шагов сотни до ее скамейки,…
Я настиг ее у крыльца.
— Исполнил… дурачество, — сказал я, поравнявшись с нею.
— Ну, так что ж? Теперь и разделывайтесь, — ответила она, даже и не взглянув на меня, и…
Весь этот вечер я проходил в парке. Чрез парк и потом чрез лес я прошел даже в другое…
Только в одиннадцать часов я воротился домой. Тотчас же за мною прислали от генерала.
Наши в отеле занимают два номера; у них четыре комнаты. Первая, большая, — салон, с роялем. Рядом с…
— Милостивый государь, позвольте спросить, что вы наделали? — начал генерал, обращаясь ко мне.
— Я бы желал, генерал, чтобы вы приступили прямо к делу, — сказал я. — Вы, вероятно, хотите…
— С одним немцем?! Этот немец — барон Вурмергельм и важное лицо-с! Вы наделали ему и баронессе грубостей.
— Никаких.
— Вы испугали их, милостивый государь, — крикнул генерал.
— Да совсем же нет. Мне еще в Берлине запало в ухо беспрерывно повторяемое ко всякому слову «jawohl»,…
Признаюсь, я ужасно был рад этому в высшей степени мальчишескому объяснению. Мне удивительно хотелось размазывать всю эту историю…
И чем далее, тем я более во вкус входил.
— Вы смеетесь, что ли, надо мною, — крикнул генерал. Он обернулся к французу и по-французски изложил ему,…
— О, не имейте этой мысли, ничуть не бывало! — вскричал я генералу, — мой поступок, конечно, нехорош,…
— Довольно, сударь! — резко и с сдержанным негодованием произнес генерал, — довольно! Я постараюсь раз навсегда избавить…
— Позвольте, позвольте, генерал, так это он сам непременно потребовал, чтоб я не принадлежал к вашему дому, как…
— Нет; но я сам почел себя обязанным дать ему это удовлетворение, и, разумеется, барон остался доволен, Мы…
Я взял деньги, бумажку, на которой был карандашом написан расчет, поклонился генералу и весьма серьезно сказал ему:
— Генерал, дело так окончиться не может. Мне очень жаль, что вы подвергались неприятностям от барона, но —…
Генерал был до того поражен, что руки расставил, потом вдруг оборотился к французу и торопливо передал ему, что…
— Но барону я спустить не намерен, — продолжал я с полным хладнокровием, нимало не смущаясь смехом мсье…
Что я предчувствовал, то и случилось. Генерал, услышав эту новую глупость, струсил ужасно.
— Как, неужели вы намерены еще продолжать это проклятое дело! — вскричал он, — но что ж со…
— Генерал, — отвечал я с нестерпимым для него спокойствием, — заарестовать нельзя за буйство прежде совершения буйства.…
— Ради бога, ради бога, Алексей Иванович, оставьте это бессмысленное намерение! — бормотал генерал, вдруг изменяя свой разгневанный…
Ретируясь к дверям, я еще раз усиленно просил его не беспокоиться, обещал, что всё обойдется хорошо и прилично,…
Иногда русские за границей бывают слишком трусливы и ужасно боятся того, что скажут и как на них поглядят,…
Мне, впрочем, вовсе не хотелось сердить собственно генерала; но мне захотелось теперь посердить Полину. Полина обошлась со мною…
(Удивительное известие: сейчас только услышал от нашей няни, которую встретил на лестнице, что Марья Филипповна отправилась сегодня, одна-одинешенька,…
Наутро я позвал кельнера и объявил, чтобы счет мне писали особенно. Номер мой был не так еще дорог,…
Я располагал, несмотря на ранний час, тотчас же отправиться к мистеру Астлею в отель d’Angletterre, очень недалеко от…
Вошел он очень любезно и сказал мне комплимент насчет моей комнаты. Видя, что я со шляпой в руках,…
Де-Грие был, как все французы, то есть веселый и любезный, когда это надо и выгодно, и нестерпимо скучный,…
— Я к вам по делу, — начал он чрезвычайно независимо, хотя, впрочем, вежливо, — и не скрою,…
— Но послушайте, monsieur Де-Грие, — перебил я его, — вы вот и в этом деле взялись быть…
— Меня связывают с генералом отчасти дела, отчасти некоторые особенные обстоятельства, — сказал он сухо. — Генерал прислал…
Я возразил ему весьма спокойно, что он несколько ошибается; что, может быть, меня от барона и не прогонят,…
— О боже, если генерал так заинтересован, то, разумеется, ему приятно будет узнать, что и как вы будете…
Я принялся объяснять, а он начал слушать, развалясь, несколько склонив ко мне набок голову, с явным, нескрываемым ироническим…
— Фи, какая щепетильность и какие утонченности! И чего вам извиняться? Ну согласитесь, monsieur… monsieur… что вы затеваете…
— Но позвольте, mon cher marquis, да вам что за дело?
— Mais le général…
— А генералу что? Он вчера что-то говорил, что держать себя на какой-то ноге должен… и так тревожился……
— Тут есть, — тут именно существует особое обстоятельство, — подхватил Де-Грие просящим тоном, в котором всё более…
— То есть mademoiselle Blanche?
— Ну да, mademoiselle Blanche de Cominges… et madame sa mère… согласитесь сами, генерал… одним словом, генерал влюблен…
— Я не вижу тут ни скандалов, ни историй, касающихся брака.
— Но le baron est si irascible, un caractère prussien, vous savez, enfin il fera une querelle d’Allemand.
— Так мне же, а не вам, потому что я уже не принадлежу к дому… (Я нарочно старался…
— Я вам не могу… впрочем, это еще не совсем… однако… вы знаете, ждут из России известия; генералу…
— A, a! la baboulinka!
Де-Грие с ненавистью посмотрел на меня.
— Одним словом, — перебил он, — я вполне надеюсь на вашу врожденную любезность, на ваш ум, на…
— Помилуйте, я был выгнан! Вы вот утверждаете теперь, что это для виду; но согласитесь, если вам скажут:…
— Если так, если никакие просьбы не имеют на вас влияния, — начал он строго и заносчиво, —…
— Да ведь я не сам пойду, — отвечал я с чрезвычайным спокойствием, — вы ошибаетесь, monsieur Де-Грие,…
Француз решительно струсил; действительно, всё это было очень похоже на правду, а стало быть, выходило, что я и…
— Но прошу же вас, — начал он совершенно умоляющим голосом, — оставьте всё это! Вам точно приятно,…
Сказав это, он вынул из кармана и подал мне маленькую, сложенную и запечатанную облаткою записочку.
Рукою Полины было написано:
«Мне показалось, что вы намерены продолжать эту историю. Вы рассердились и начинаете школьничать. Но тут есть особые обстоятельства,…
P. S. Если на меня за вчерашнее сердитесь, то простите меня».
У меня как бы всё перевернулось в глазах, когда я прочел эти строчки. Губы у меня побелели, и…
— Хорошо, — ответил я, — скажите, чтобы mademoiselle была спокойна. Позвольте же, однако, вас спросить, — прибавил…
— О, я хотел… вообще всё это так странно, что вы извините мое натуральное нетерпение. Мне хотелось поскорее…
— Понимаю, вам просто-запросто велено передать это только в крайнем случае, а если уладите на словах, то и…
— Peut-être, — сказал он, принимая вид какой-то особенной сдержанности и смотря на меня каким-то особенным взглядом.
Я взял шляпу; он кивнул головой и вышел. Мне показалось, что на губах его насмешливая улыбка. Да и…
— Мы с тобой еще сочтемся, французишка, померимся! — бормотал я, сходя с лестницы. Я еще ничего не…
Минуты через две, чуть-чуть только я стал ясно соображать, мне ярко представились две мысли: первая — что из…
На променаде, как здесь называют, то есть в каштановой аллее, я встретил моего англичанина.
— О, о! — начал он, завидя меня, — я к вам, а вы ко мне. Так вы…
— Скажите, во-первых, почему всё это вы знаете, — спросил я в удивлении, — неужели всё это всем…
— О нет, все неизвестно; да и не стоит, чтоб было известно. Никто не говорит.
— Так почему вы это знаете?
— Я знаю, то есть имел случай узнать. Теперь куда вы отсюда уедете? Я люблю вас и потому…
— Славный вы человек, мистер Астлей, — сказал я (меня, впрочем, ужасно поразило: откуда он знает?), — и…
Кафе был во ста шагах. Нам принесли кофе, мы уселись, я закурил папиросу, мистер Астлей ничего не закурил…
— Я никуда не еду, я здесь остаюсь, — начал я.
— И я был уверен, что вы останетесь, — одобрительно произнес мистер Астлей.
Идя к мистеру Астлею, я вовсе не имел намерения и даже нарочно не хотел рассказывать ему что-нибудь о…
Мистер Астлей слушал, сидя против меня, неподвижно, не издавая ни слова, ни звука и глядя мне в глаза;…
— Вы правы: боюсь, что нет, — ответил я.
— Об этом маркизе и о мисс Полине вы ничего не можете сказать точного, кроме одних предположений?
Я опять удивился такому категорическому вопросу от такого застенчивого человека, как мистер Астлей.
— Нет, точного ничего, — ответил я, — конечно, ничего.
— Если так, то вы сделали дурное дело не только тем, что заговорили об этом со мною, но…
— Хорошо, хорошо! Сознаюсь; но теперь не в том дело, — перебил я, про себя удивляясь. Тут я…
— Что вы из этого выводите? — спросил я. — Я именно пришел узнать ваши мысли. Что же…
— И я, — сказал мистер Астлей. — Что же касается до мисс Полины, то… вы знаете, мы…
— Знаете ли что? — вскричал я вдруг, пристально всматриваясь в мистера Астлея, — мне сдается, что вы…
Мистер Астлей посмотрел на меня с удивлением.
— У вас глаза сверкают, и я читаю в них подозрение, — проговорил он, тотчас же возвратив себе…
— Ну, довольно! И не надо! — закричал я, странно волнуясь и не понимая, почему вскочило это мне…
— Ну, хорошо, хорошо; я сбит с толку и теперь еще многого не могу сообразить, — отвечал я,…
Я помолчал и начал:
— Как вы думаете, почему так струсил генерал? почему из моего глупейшего шалопайничества они все вывели такую историю?…
Мистер Астлей усмехнулся и кивнул головой.
— Действительно, я, кажется, и в этом гораздо больше вашего знаю, — сказал он. — Тут всё дело…
— Ну что ж mademoiselle Blanche? — вскричал я с нетерпением (у меня вдруг явилась надежда, что теперь…
— Мне кажется, что mademoiselle Blanche имеет в настоящую минуту особый интерес всячески избегать встречи с бароном и…
— Ну! Ну!
— Mademoiselle Blanche третьего года, во время сезона уже была здесь, в Рулетенбурге. И я тоже здесь находился.…
— Но ведь он имеет действительно солидный круг знакомства?
— О, это может быть. Даже mademoiselle Blanche его может иметь. Но третьего года mademoiselle Blanche, по жалобе…
— Как так?
— Она появилась тогда здесь сперва с одним итальянцем, каким-то князем, с историческим именем что-то вроде Барберини или…
— О, да.
— Не стоит и замечать. К досаде порядочной публики, они здесь не переводятся, по крайней мере те из…
— Нет, не понимаю! — вскричал я, изо всей силы стукнув по столу так, что garçon прибежал в…
— Скажите, мистер Астлей, — повторил я в исступлении, — если вы уже знали всю эту историю, а…
— Вас предупреждать мне было нечего, потому что вы ничего не могли сделать, — спокойно отвечал мистер Астлей.…
— Довольно, — сказал я, вставая, — теперь мне ясно, как день, что и мисс Полине всё известно…
— Вы забываете, во-первых, что эта mademoiselle de Cominges — невеста генерала, а во-вторых, что у мисс Полины,…
— Да, да! это так! уйти от детей — значит уж совершенно их бросить, остаться — значит защитить…
— О ком? — спросил мистер Астлей.
— О той старой ведьме в Москве, которая не умирает и о которой ждут телеграммы, что она умрет.
— Ну да, конечно, весь интерес в ней соединился. Всё дело в наследстве! Объявится наследство, и генерал женится;…
— Ну, а Де-Грие?
— А Де-Грие будут заплачены деньги; он того только здесь и ждет.
— Только! вы думаете, только этого и ждет?
— Более я ничего не знаю, — упорно замолчал мистер Астлей.
— А я знаю, я знаю! — повторил я в ярости, — он тоже ждет наследства, потому что…
В это время мы подходили к нашему отелю. Мы давно уже, почти не замечая того, оставили кафе.
— Я слышал женские крики, но не знаю, кого зовут; это по-русски; теперь я вижу, откуда крики, —…
— Но почему она зовет меня? Она опять кричит; смотрите, она нам машет.
— Я вижу, что она машет, — сказал мистер Астлей.
— Алексей Иванович! Алексей Иванович! Ах, господи, что это за олух! — раздавались отчаянные крики с крыльца отеля.
Мы почти побежали к подъезду. Я вступил на площадку и… руки мои опустились от изумления, а ноги так…
На верхней площадке широкого крыльца отеля, внесенная по ступеням в креслах и окруженная слугами, служанками и многочисленною подобострастною…
Она явилась, хотя и без ног, носимая, как и всегда, во все последние пять лет, в креслах, но,…
— Ну что ж ты, батюшка, стал предо мною, глаза выпучил! — продолжала кричать на меня бабушка, —…
— Помилуйте, Антонида Васильевна, с чего мне-то вам худого желать? — весело отвечал я очнувшись, — я только…
— А что тебе удивительного? Села да поехала. В вагоне покойно, толчков нет. Ты гулять ходил, что ли?
— Да, прошелся к воксалу.
— Здесь хорошо, — сказала бабушка, озираясь, — тепло и деревья богатые. Это я люблю! Наши дома? Генерал?
— О! дома, в этот час, наверно, все дома.
— А у них и здесь часы заведены и все церемонии? Тону задают. Экипаж, я слышала, держат, les…
— И Полина Александровна тоже.
— И французишка? Ну да сама всех увижу. Алексей Иванович, показывай дорогу, прямо к нему. Тебе-то здесь хорошо…
— Так себе, Антонида Васильевна.
— А ты, Потапыч, скажи этому олуху, кельнеру, чтоб мне удобную квартиру отвели, хорошую, не высоко, туда и…
— Это мистер Астлей, — отвечал я.
— Какой такой мистер Астлей?
— Путешественник, мой добрый знакомый; знаком и с генералом.
— Англичанин. То-то он уставился на меня и зубов не разжимает. Я, впрочем, люблю англичан. Ну, тащите наверх,…
Бабушку понесли; я шел впереди по широкой лестнице отеля. Шествие наше было очень эффектное. Все, кто попадались, —…
— Она чрезвычайно интересует меня, — шепнул мне, подымаясь рядом со мною, мистер Астлей.
«О телеграммах она знает, — подумал я, — Де-Грие ей тоже известен, но mademoiselle Blanche еще, кажется, мало…
Грешный человек! только что прошло мое первое удивление, я ужасно обрадовался громовому удару, который мы произведем сейчас у…
Наши квартировали в третьем этаже; я не докладывал и даже не постучал в дверь, а просто растворил ее…
— Ну, вот и я! Вместо телеграммы-то! — разразилась наконец бабушка, прерывая молчание. — Что, не ожидали?
— Антонида Васильевна… тетушка… но каким же образом… — пробормотал несчастный генерал. Если бы бабушка не заговорила еще…
— Как каким образом? Села да поехала. А железная-то дорога на что? А вы все думали: я уж…
— Oui, madame, — подхватил Де-Грие, — et croyez, je suis si enchanté… votre santé… c'est un miracle……
— То-то charmante; знаю я тебя, фигляр ты эдакой, да я-то тебе вот на столечко не верю! —…
— Это mademoiselle Blanche de Cominges, a вот и маменька ее madame de Cominges; они квартируют в здешнем…
— Замужем дочь-то? — не церемонясь, расспрашивала бабушка.
— Mademoiselle de Cominges девица, — отвечал я как можно почтительнее и нарочно вполголоса.
— Веселая?
Я было не понял вопроса.
— Не скучно с нею? По-русски понимает? Вот Де-Грие у нас в Москве намастачился по-нашему-то, с пятого на…
Я объяснил ей, что mademoiselle de Cominges никогда не была в России.
— Bonjour! — сказала бабушка, вдруг резко обращаясь к mademoiselle Blanche.
— Bonjour, madame, — церемонно и изящно присела mademoiselle Blanche, поспешив, под покровом необыкновенной скромности и вежливости, выказать…
— О, глаза опустила, манерничает и церемонничает; сейчас видна птица; актриса какая-нибудь. Я здесь в отеле внизу остановилась,…
— О тетушка! Поверьте искренним чувствам… моего удовольствия, — подхватил генерал. Он уже отчасти опомнился, а так как…
— Ну, врешь, врешь! — перебила тотчас бабушка.
— Но каким образом, — тоже поскорей перебил и возвысил голос генерал, постаравшись не заметить этого «врешь», —…
— Ну, довольно; болтовня пустая; нагородил по обыкновению; я и сама сумею прожить. Впрочем, и от вас не…
— Здравствуйте, бабушка, — сказала Полина, приближаясь к ней, — давно ли в дороге?
— Ну, вот эта умнее всех спросила, а то: ах да ах! Вот видишь ты: лежала-лежала, лечили-лечили, я…
— Я, тетушка… — начал генерал, весь сконфузившись, — я удивляюсь, тетушка… я, кажется, могу и без чьего-либо…
— У тебя-то не превышают? сказал! У детей-то, должно быть, последнее уж заграбил, опекун!
— После этого, после таких слов… — начал генерал в негодовании, — я уже и не знаю…
— То-то не знаешь! небось здесь от рулетки не отходишь? Весь просвистался?
Генерал был так поражен, что чуть не захлебнулся от прилива взволнованных чувств своих.
— На рулетке! Я? При моем значении… Я? Опомнитесь, тетушка, вы еще, должно быть, нездоровы…
— Ну, врешь, врешь; небось оттащить не могут; всё врешь! Я вот посмотрю, что это за рулетка такая,…
— Здесь есть близко развалины замка, потом Шлангенберг.
— Что это Шлангенберг? Роща, что ли?
— Нет, не роща, это гора; там пуант…
— Какой такой пуант?
— Самая высшая точка на горе, огороженное место. Оттуда вид бесподобный.
— Это на гору-то кресла тащить? Встащат аль нет?
— О, носильщиков сыскать можно, — отвечал я.
В это время подошла здороваться к бабушке Федосья, нянюшка, и подвела генеральских детей.
— Ну, нечего лобызаться! Не люблю целоваться с детьми: все дети сопливые. Ну, ты как здесь, Федосья?
— Здесь очинно, очинно хорошо, матушка Антонида Васильевна, — ответила Федосья. — Как вам-то было, матушка? Уж мы…
— Знаю, ты-то простая душа. Это что у вас, всё гости, что ли? — обратилась она опять к…
— Князь Нильский, бабушка, — прошептала ей Полина.
— А русский? А я думала, не поймет! Не слыхал, может быть! Мистера Астлея я уже видела. Да…
Мистер Астлей молча ей поклонился.
— Ну, что вы мне скажете хорошего? Скажите что-нибудь! Переведи ему это, Полина. Полина перевела.
— То, что я гляжу на вас с большим удовольствием и радуюсь, что вы в добром здоровье, —…
— Как англичане всегда хорошо отвечают, — заметила она. — Я почему-то всегда любила англичан, сравнения нет с…
Мистер Астлей был чрезвычайно доволен приглашением.
Бабушка внимательным и довольным взглядом оглядела с ног до головы Полину.
— Я бы тебя, Прасковья, любила, — вдруг сказала она, — девка ты славная, лучше их всех, да…
— Нет, бабушка, свои.
— То-то, не люблю теперешней глупой моды. Хороша ты очень. Я бы в тебя влюбилась, если б была…
— Помилуйте, тетушка, полноте! — спохватился обрадованный генерал, — я понимаю, в ваши лета…
— Cette vieille est tombée en enfance, — шепнул мне Де-Грие.
— Я вот всё хочу здесь рассмотреть. Ты мне Алексея Ивановича-то уступишь? — продолжала бабушка генералу.
— О, сколько угодно, но я и сам… и Полина и monsieur Де-Грие… мы все, все сочтем за…
— Mais, madame, cela sera un plaisir, — подвернулся Де-Грие с обворожительной улыбкой.
— То-то, plaisir. Смешон ты мне, батюшка. Денег-то я тебе, впрочем, не дам, — прибавила она вдруг генералу.…
Бабушку опять подняли, и все отправились гурьбой, вслед за креслами, вниз по лестнице. Генерал шел, как будто ошеломленный…
На водах — да, кажется, и во всей Европе — управляющие отелями и обер-кельнеры при отведении квартир посетителям…
Не знаю, за кого они все приняли бабушку, но, кажется, за чрезвычайно важную и, главное, богатейшую особу. В…
— Чей портрет?
Обер-кельнер объявил, что, вероятно, какой-нибудь графини.
— Как же ты не знаешь? Здесь живешь, а не знаешь. Почему он здесь? Зачем глаза косые?
На все эти вопросы обер-кельнер удовлетворительно отвечать не мог и даже потерялся.
— Вот болван-то! — отозвалась бабушка по-русски. Ее понесли далее. Та же история повторилась с одной саксонской статуэткой,…
— Вот ослы-то! — ворчала бабушка и обратила всё свое внимание на кровать.
— Эдакий пышный балдахин! Разверните его.
Постель развернули.
— Еще, еще, всё разверните. Снимите подушки, наволочки, подымите перину.
Всё перевернули. Бабушка осмотрела внимательно.
— Хорошо, что у них клопов нет. Всё белье долой! Постлать мое белье и мои подушки. Однако всё…
— Я со вчерашнего дня не служу более у генерала, — ответил я, — и живу в отеле…
— Это почему так?
— На днях приехал сюда один знатный немецкий барон с баронессой, супругой, из Берлина. Я вчера, на гулянье,…
— Ну, так что же?
— Он счел это дерзостью и пожаловался генералу, а генерал вчера же уволил меня в отставку.
— Да что ж ты обругал, что ли, его, барона-то? (Хоть бы и обругал, так ничего!)
— О нет. Напротив, барон на меня палку поднял.
— И ты, слюнтяй, позволил так обращаться с своим учителем, — обратилась она вдруг к генералу, — да…
— Не беспокойтесь, тетушка, — отвечал генерал с некоторым высокомерно-фамильярным оттенком, — я сам умею вести мои дела.…
— А ты так и снес? — обратилась она ко мне.
— Я хотел было на дуэль вызвать барона, — отвечал я как можно скромнее и спокойнее, — да…
— Это зачем ты воспротивился? — опять обратилась бабушка к генералу. (А ты, батюшка, ступай, придешь, когда позовут,…
— Помилуйте, тетушка, разве дуэли возможны? — отвечал с усмешкой генерал.
— А почему невозможны? Мужчины все петухи; вот бы и дрались. Колпаки вы все, как я вижу, не…
Я объяснил, что рулетки расположены в воксале, в залах. Затем последовали вопросы: много ли их? много ль играют?…
— Ну, так и нести прямо туда! Иди вперед, Алексей Иванович!
— Как, неужели, тетушка, вы даже и не отдохнете с дороги? — заботливо спросил генерал. Он немного как…
— А чего мне отдыхать? Не устала; и без того пять дней сидела. А потом осмотрим, какие тут…
— Пуант, бабушка.
— Ну пуант, так пуант. А еще что здесь есть?
— Тут много предметов, бабушка, — затруднилась было Полина.
— Ну, сама не знаешь! Марфа, ты тоже со мной пойдешь, — сказала она своей камеристке.
— Но зачем же ей-то, тетушка? — захлопотал вдруг генерал, — и, наконец, это нельзя; и Потапыча вряд…
— Ну, вздор! Что она слуга, так и бросить ее! Тоже ведь живой человек; вот уж неделю по…
— Но, бабушка…
— Да тебе стыдно, что ли, со мной? Так оставайся дома, не спрашивают. Ишь, какой генерал; я и…
Но Де-Грие решительно настоял, чтобы всем сопутствовать, и пустился в самые любезные фразы насчет удовольствия ее сопровождать и…
— Elle est tombée en enfance, — повторял Де-Грие генералу, — seule elle fera des bêtises… Далее я…
До воксала было с полверсты. Путь наш шел по каштановой аллее, до сквера, обойдя который вступали прямо в…
В воксал мы прибыли с триумфом. В швейцаре и в лакеях обнаружилась та же почтительность, как и в…
Появление бабушки у рулетки произвело глубокое впечатление на публику. За игорными рулеточными столами и на другом конце залы,…
На всё это бабушка смотрела издали, с диким любопытством. Ей очень понравилось, что воришек выводят. Trente et quarante…
Бабушка сначала стала осматривать игроков. Она задавала мне резкие, отрывистые вопросы полушепотом: кто это такой? это кто такая?…
Бабушка наблюдала его несколько минут.
— Скажи ему, — вдруг засуетилась бабушка, толкая меня, — скажи ему, чтоб бросил, чтоб брал поскорее деньги…
— Экая досада! Пропал человек, значит сам хочет… смотреть на него не могу, всю ворочает. Экой олух! —…
Там, налево, на другой половине стола, между игроками, заметна была одна молодая дама и подле нее какой-то карлик.…
— Ну, эта не проиграет! эта вот не проиграет! Из каких? Не знаешь? Кто такая?
— Француженка, должно быть, из эдаких, — шепнул я.
— А, видна птица по полету. Видно, что ноготок востер. Растолкуй ты мне теперь, что каждый поворот значит…
Я по возможности растолковал бабушке, что значат эти многочисленные комбинации ставок, rouge et noir, pair et impair, manque…
— А что такое zéro? Вот этот крупер, курчавый, главный-то, крикнул сейчас zéro? И почему он всё загреб,…
— A zéro, бабушка, выгода банка. Если шарик упадет на zéro, то всё, что ни поставлено на столе,…
— Вот-те на! а я ничего не получаю?
— Нет, бабушка, если вы пред этим ставили на zéro, то когда выйдет zéro, вам платят в тридцать…
— Как, в тридцать пять раз, и часто выходит? Что ж они, дураки, не ставят?
— Тридцать шесть шансов против, бабушка.
— Вот вздор! Потапыч! Потапыч! Постой, и со мной есть деньги — вот! Она вынула из кармана туго…
— Бабушка, zéro только что вышел, — сказал я, — стало быть, теперь долго не выйдет. Вы много…
— Ну, врешь, ставь!
— Извольте, но он до вечера, может быть, не выйдет, вы до тысячи проставите, это случалось.
— Ну, вздор, вздор! Волка бояться — в лес не ходить.. Что? проиграл? Ставь еще!
Проиграли и второй фридрихсдор; поставили третий. Бабушка едва сидела на месте, она так и впилась горящими глазами в…
— Эк ведь его! — сердилась бабушка, — да скоро ли этот зеришка проклятый выйдет? Жива не хочу…
— Бабушка!
— Ставь, ставь! Не твои.
Я поставил два фридрихсдора. Шарик долго летал по колесу, наконец стал прыгать по зазубринам. Бабушка замерла и стиснула…
— Zéro, — провозгласил крупер.
— Видишь, видишь! — быстро обернулась ко мне бабушка, вся сияющая и довольная. — Я ведь сказала, сказала…
— Бабушка, после, — шептал я, — Потапыч у дверей, его сюда не пустят. Смотрите, бабушка, вам деньги…
— Faites le jeu, messieurs! Faites le jeu, messieurs! Rien ne va plus? — возглашал крупер, приглашая ставить…
— Господи! опоздали! сейчас завертят! Ставь, ставь! — захлопотала бабушка, — да не мешкай, скорее, — выходила она…
— Да куда ставить-то, бабушка?
— На zéro, на zéro! опять на zéro! Ставь как можно больше! Сколько у нас всего? Семьдесят фридрихсдоров?…
— Опомнитесь, бабушка! Он иногда по двести раз не выходит! Уверяю вас, вы весь капитал проставите.
— Ну, врешь, врешь! ставь! Вот язык-то звенит! Знаю, что делаю, — даже затряслась в исступлении бабушка.
— По уставу разом более двенадцати фридрихсдоров на zéro ставить не позволено, бабушка, — ну вот я поставил.
— Как не позволено? Да ты не врешь ли! Мусье! мусье! — затолкала она крупера, сидевшего тут же…
Я поскорее растолковал вопрос по-французски.
— Oui, madame, — вежливо подтвердил крупер, — равно как всякая единичная ставка не должна превышать разом четырех…
— Ну, нечего делать, ставь двенадцать.
— Le jeu est fait! — крикнул крупер. Колесо завертелось, и вышло тринадцать. Проиграли!
— Еще! еще! еще! ставь еще! — кричала бабушка. Я уже не противоречил и, пожимая плечами, поставил еще…
— Zéro! — крикнул крупер.
— Что!!! — с неистовым торжеством обратилась ко мне бабушка.
Я сам был игрок; я почувствовал это в ту самую минуту. У меня руки-ноги дрожали, в голову ударило.…
С бабушкой, как с выигравшей самый значительный выигрыш, особенно внимательно и почтительно рассчитались. Ей приходилось получить ровно четыреста…
На этот раз бабушка не звала Потапыча; она была занята не тем. Она даже не толкалась и не…
— Алексей Иванович! он сказал, зараз можно только четыре тысячи флоринов поставить? На, бери, ставь эти все четыре…
Было бесполезно отговаривать. Колесо завертелось.
— Rouge! — провозгласил крупер. Опять выигрыш в четыре тысячи флоринов, всего, стало быть, восемь.
— Четыре сюда мне давай, а четыре ставь опять на красную, — командовала бабушка. Я поставил опять четыре…
— Rouge! — провозгласил снова крупер.
— Итого двенадцать! Давай их все сюда. Золото ссыпай сюда, в кошелек, а билеты спрячь.
— Довольно! Домой! Откатите кресла!
Кресла откатили к дверям, на другой конец залы. Бабушка сияла. Все наши стеснились тотчас же кругом нее с…
— Quelle victoire! — говорил он.
— Mais, madame, c’était du feu! — прибавила с заигрывающей улыбкой mademoiselle Blanche.
— Да-с, вот взяла да и выиграла двенадцать тысяч флоринов! Какое двенадцать, а золото-то? С золотом почти что…
Я доложил, что и за семь перевалило, а по теперешнему курсу, пожалуй, и до восьми дойдет.
— Шутка, восемь тысяч! А вы-то сидите здесь, колпаки, ничего не делаете! Потапыч, Марфа, видели?
— Матушка, да как это вы? Восемь тысяч рублей, — восклицала, извиваясь, Марфа.
— Нате, вот вам от меня по пяти золотых, вот! Потапыч и Марфа бросились целовать ручки.
— И носильщикам дать по фридрихсдору. Дай им по золотому, Алексей Иванович. Что это лакей кланяется, и другой…
— Madame la princesse… un pauvre expatrié… malheur continuel… les princes russes sont si généreux, — увивалась около…
— Дай ему тоже фридрихсдор. Нет, дай два; ну, довольно, а то конца с ними не будет. Подымите,…
— Merci, madame, — умильно присела mademoiselle Blanche, искривив рот в насмешливую улыбку, которою обменялась с Де-Грие и…
— Федосья, Федосья-то, думаю, как удивится теперь, — говорила бабушка, вспоминая о знакомой генеральской нянюшке. — И ей…
По дороге проходил какой-то оборванец, с скрюченною спиной, и глядел на нас.
— Да это, может быть, и не нищий, а какой-нибудь прощелыга, бабушка.
— Дай! дай! дай ему гульден!
Я подошел и подал. Он посмотрел на меня с диким недоумением, однако молча взял гульден. От него пахло…
— А ты, Алексей Иванович, не пробовал еще счастия?
— Нет, бабушка.
— А у самого глаза горели, я видела.
— Я еще попробую, бабушка, непременно, потом.
— И прямо ставь на zéro! Вот увидишь! Сколько у тебя капиталу?
— Всего только двадцать фридрихсдоров, бабушка.
— Немного. Пятьдесят фридрихсдоров я тебе дам взаймы, если хочешь. Вот этот самый сверток и бери, а ты,…
Того точно перевернуло, но он промолчал. Де-Грие нахмурился.
— Que diable, c’est une terrible vieille! — прошептал он сквозь зубы генералу.
— Нищий, нищий, опять нищий! — закричала бабушка. — Алексей Иванович, дай и этому гульден.
На этот раз повстречался седой старик, с деревянной ногой, в каком-то синем длиннополом сюртуке и с длинною тростью…
— Was ist’s der Teufel! — крикнул он, прибавив к этому еще с десяток ругательств.
— Ну дурак! — крикнула бабушка, махнув рукою. — Везите дальше! Проголодалась! Теперь сейчас обедать, потом немного поваляюсь…
— Вы опять хотите играть, бабушка? — крикнул я.
— Как бы ты думал? Что вы-то здесь сидите да киснете, так и мне на вас смотреть?
— Mais, madame, — приблизился Де-Грие, — les chances peuvent tourner, une seule mauvaise chance et vous perdrez…
— Vous perdrez absolument, — защебетала mademoiselle Blanche.
— Да вам-то всем какое дело? Не ваши проиграю — свои! А где этот мистер Астлей? — спросила…
— В воксале остался, бабушка.
— Жаль; вот этот так хороший человек.
Прибыв домой, бабушка еще на лестнице, встретив обер-кельнера, подозвала его и похвасталась своим выигрышем; затем позвала Федосью, подарила…
— Смотрю я на вас, матушка, — трещала Марфа, — и говорю Потапычу, что это наша матушка хочет…
— Алексей Иванович, после обеда, часа в четыре, готовься, пойдем. А теперь покамест прощай, да докторишку мне какого-нибудь…
Я вышел от бабушки как одурманенный. Я старался себе представить, что теперь будет со всеми нашими и какой…
Все эти соображения ходили в моей голове в то время, как я поднимался от бабушки по парадной лестнице,…
В третьем этаже, в их коридоре, меня что-то как толкнуло. Я обернулся и, в двадцати шагах или более,…
— Полина Александровна…
— Тише! — предупредила она.
— Представьте себе, — зашептал я, — меня сейчас точно что толкнуло в бок; оглядываюсь — вы! Точно…
Возьмите это письмо, — заботливо и нахмуренно произнесла Полина, наверное не расслышав того, что я сказал, — и…
Она не договорила.
— Мистеру Астлею? — переспросил я в удивлении. Но Полина уже скрылась в дверь.
— Ага, так у них переписка! — я, разумеется, побежал тотчас же отыскивать мистера Астлея, сперва в его…
Мучила ли меня ревность? Но я был в самом разбитом состоянии духа. Я и удостовериться не хотел, о…
Не успел я войти в отель, как швейцар и вышедший из своей комнаты обер-кельнер сообщили мне, что меня…
Они втроем о чем-то горячо совещались, и даже дверь кабинета была заперта, чего никогда не бывало. Подходя к…
— Алексей Иванович, — начал нежно распекающим тоном генерал, — позвольте вам объявить, что странно, в высочайшей степени…
— Eh! ce n’est pas ça, — с досадой и презрением перебил Де-Грие. (Решительно, он всем заправлял!) —…
— Но чем же, чем же? — прервал я.
— Помилуйте, вы беретесь быть руководителем (или как это сказать?) этой старухи, cette pauvre terrible vieille, — сбивался…
— И тогда, — подхватил генерал, — тогда вы погубите всё семейство! Я и мое семейство, мы —…
— Да чем же, генерал, скажите, чем я могу… Что я-то тут значу?
— Откажитесь, откажитесь, бросьте ее!..
— Так другой найдется! — вскричал я.
— Ce n’est pas ça, ce n’est pas ça, — перебил опять Де-Грие, — que diable! Нет, не…
— Да как я это сделаю? Если бы вы сами взялись за это, monsieur Де-Грие, — прибавил я…
Тут я заметил быстрый, огненный, вопросительный взгляд mademoiselle Blanche на Де-Грие. В лице самого Де-Грие мелькнуло что-то особенное,…
— То-то и есть, что она меня не возьмет теперь! — вскричал, махнув рукой, Де-Грие. — Если б!..…
Де-Грие быстро и значительно поглядел на mademoiselle Blanche.
— О mon cher monsieur Alexis, soyez si bon, — шагнула ко мне с обворожительною улыбкою сама mademoiselle…
Подскочил за ней и генерал, — именно подскочил.
— Алексей Иванович, простите, что я давеча так с вами начал, я не то совсем хотел сказать… Я…
В эту минуту раздались три тихие и почтительные удара в дверь; отворили — стучал коридорный слуга, а за…
— Но ведь еще только половина четвертого!
— Они и заснуть не могли, всё ворочались, потом вдруг встали, кресла потребовали и за вами. Уж они…
— Quelle mégère! — крикнул Де-Грие.
Действительно, я нашел бабушку уже на крыльце, выходящую из терпения, что меня нет. До четырех часов она не…
— Ну, подымайте! — крикнула она, и мы отправились опять на рулетку.
Бабушка была в нетерпеливом и раздражительном состоянии духа; видно было, что рулетка у ней крепко засела в голове.…
— Ну, вы зачем увязались? Не каждый раз брать вас! Ступайте домой! Мне и тебя довольно, — прибавила…
В воксале бабушку уже ждали. Тотчас же отгородили ей то же самое место, возле крупера. Мне кажется, эти…
Вот как было дело.
Бабушка прямо накинулась на zéro и тотчас же велела ставить по двенадцати фридрихсдоров. Поставили раз, второй, третий —…
— Сколько раз проставили? — спросила она наконец, скрежеща зубами от нетерпения.
— Да уж двенадцатый раз ставил, бабушка. Сто сорок четыре фридрихсдора проставили. Я вам говорю, бабушка, до вечера,…
— Молчи! — перебила бабушка. — Поставь на zéro и поставь сейчас на красную тысячу гульденов. На, вот…
Красная вышла, a zéro опять лопнул; воротили тысячу гульденов.
— Видишь, видишь! — шептала бабушка, — почти всё, что проставили, воротили. Ставь опять на zéro; еще раз…
Но на пятом разе бабушка совсем соскучилась.
— Брось этот пакостный зеришко к черту. На, ставь все четыре тысячи гульденов на красную, — приказала она.
— Бабушка! много будет; ну как не выйдет красная, — умолял я; но бабушка чуть меня не прибила.…
— Zéro, — возгласил крупер.
Сначала бабушка не поняла, но когда увидела, что крупер загреб ее четыре тысячи гульденов, вместе со всем, что…
— Батюшки! Он тут-то проклятый и выскочил! — вопила бабушка, — ведь эдакой, эдакой окаянный! Это ты! Это…
— Бабушка, я вам дело говорил, как могу отвечать я за все шансы?
— Я-те дам шансы! — шептала она грозно, — пошел вон от меня.
— Прощайте, бабушка, — повернулся я уходить.
— Алексей Иванович, Алексей Иванович, останься! Куда ты? Ну, чего, чего? Ишь рассердился! Дурак! Ну побудь, побудь еще,…
— Я, бабушка, не возьмусь вам подсказывать, потому что вы меня же будете обвинять. Играйте сами; приказывайте, я…
— Ну, ну! ну ставь еще четыре тысячи гульденов на красную! Вот бумажник, бери. — Она вынула из…
— Бабушка, — прошептал я, — такие куши…
— Жива не хочу быть — отыграюсь. Ставь! — Поставили и проиграли. — Ставь, ставь, все восемь ставь!
— Нельзя, бабушка, самый большой куш четыре!..
— Ну ставь четыре!
На этот раз выиграли. Бабушка ободрилась.
— Видишь, видишь! — затолкала она меня, — ставь опять четыре!
Поставили — проиграли; потом еще и еще проиграли.
— Бабушка, все двенадцать тысяч ушли, — доложил я.
— Вижу, что все ушли, — проговорила она в каком-то спокойствии бешенства, если так можно выразиться, — вижу,…
— Да денег нет, бабушка; тут в бумажнике наши пятипроцентные и еще какие-то переводы есть, а денег нет.
— А в кошельке?
— Мелочь осталась, бабушка.
— Есть здесь меняльные лавки? Мне сказали, что все наши бумаги разменять можно, — решительно спросила бабушка.
— О, сколько угодно! Но что вы потеряете за промен, так… сам жид ужаснется!
— Вздор! Отыграюсь! Вези. Позвать этих болванов! Я откатил кресла, явились носильщики, и мы покатили из воксала.
— Скорей, скорей, скорей! — командовала бабушка. — Показывай дорогу, Алексей Иванович, да поближе возьми… а далеко?
— Два шага, бабушка.
Но на повороте из сквера в аллею встретилась нам вся наша компания: генерал, Де-Грие и mademoiselle Blanche с…
— Ну, ну, ну! не останавливаться! — кричала бабушка, — ну, чего вам такое? Некогда с вами тут!…
— Всё давешнее проиграла и двенадцать тысяч гульденов своих просадила. Едем пятипроцентные менять, — шепнул я ему наскоро.
Де-Грие топнул ногою и бросился сообщить генералу. Мы продолжали катить бабушку.
— Остановите, остановите! — зашептал мне генерал в исступлении.
— А вот попробуйте-ка ее остановить, — шепнул я ему.
— Тетушка! — приблизился генерал, — тетушка… мы сейчас… мы сейчас… — голос у него дрожал и падал,…
— И, ну тебя и с пуантом! — раздражительно отмахнулась от него бабушка.
— Там деревня… там будем чай пить… — продолжал генерал уже с полным отчаянием.
— Nous boirons du lait, sur l’herbe fraîche, — прибавил Де-Грие с зверскою злобой.
Du lait, de l’herbe fraîche — это всё, что есть идеально идиллического у парижского буржуа; в этом, как…
— И, ну тебя с молоком! Хлещи сам, а у меня от него брюхо болит. Да и чего…
— Приехали, бабушка! — закричал я, — здесь!
Мы подкатили к дому, где была контора банкира. Я пошел менять; бабушка осталась ждать у подъезда; Де-Грие, генерал…
Мне предложили такой ужасный расчет, что я не решился и воротился к бабушке просить инструкций.
— Ах, разбойники! — закричала она, всплеснув руками. — Ну! Ничего! — меняй! — крикнула она решительно, —…
— Разве кого-нибудь из конторщиков, бабушка?
— Ну конторщика, всё равно. Ах, разбойники!
Конторщик согласился выйти, узнав, что его просит к себе старая, расслабленная графиня, которая не может ходить. Бабушка долго,…
— Ну, убирайся! — крикнула бабушка. — Подавись моими деньгами! Разменяй у него, Алексей Иванович, некогда, а то…
— Конторщик говорит, что у других еще меньше дадут.
Наверное не помню тогдашнего расчета, но он был ужасен. Я наменял до двенадцати тысяч флоринов золотом и билетами,…
— Ну! ну! ну! Нечего считать, — замахала она руками, скорей, скорей, скорей!
— Никогда на этот проклятый zéro не буду ставить и на красную тоже, — промолвила она, подъезжая к…
На этот раз я всеми силами старался внушить ей ставить как можно меньше, убеждая ее, что при обороте…
И как ни брала меня досада, глядя на ее игру, а я наконец решился молчать и не советовать…
Вдруг подскочил Де-Грие. Они все трое были возле; я заметил, что mademoiselle Blanche стояла с маменькой в стороне…
— Madame, madame, — медовым голосом шептал бабушке Де-Грие, протеснившись к самому ее уху. — Madame, эдак ставка…
— А как же? Ну, научи! — обратилась к нему бабушка.
Де-Грие вдруг быстро заболтал по-французски, начал советовать, суетился, говорил, что надо ждать шансу, стал рассчитывать какие-то цифры… бабушка…
— Ну, пошел, пошел! Всё вздор мелешь! «Madame, madame», a сам и дела-то не понимает; пошел!
— Mais, madame, — защебетал Де-Грие и снова начал толкать и показывать. Очень уж его разбирало.
— Ну, поставь раз, как он говорит, — приказала мне бабушка, — посмотрим: может, и в самом деле…
Де-Грие хотел только отвлечь ее от больших кушей: он предлагал ставить на числа, поодиночке и в совокупности. Я…
Колесо завертелось. «Zéro», — крикнул крупер. Мы всё проиграли.
— Эдакой болван! — крикнула бабушка, обращаясь к Де-Грие. — Эдакой ты мерзкий французишка! Ведь посоветует же изверг!…
Страшно обиженный Де-Грие пожал плечами, презрительно посмотрел на бабушку и отошел. Ему уж самому стало стыдно, что связался;…
Через час, как мы ни бились, — всё проиграли.
— Домой! — крикнула бабушка.
Она не промолвила ни слова до самой аллеи. В аллее, и уже подъезжая к отелю, у ней начали…
— Экая дура! экая дурында! Старая ты, старая дурында!
Только что въехали в квартиру:
— Чаю мне! — закричала бабушка, — и сейчас собираться! Едем!
— Куда, матушка, ехать изволите? — начала было Марфа.
— А тебе какое дело? Знай сверчок свой шесток! Потапыч, собирай всё, всю поклажу. Едем назад, в Москву!…
— Пятнадцать тысяч, матушка! Боже ты мой! — крикнул было Потапыч, умилительно всплеснув руками, вероятно, предполагая услужиться.
— Ну, ну, дурак! Начал еще хныкать! Молчи! Собираться! Счет, скорее, скорей!
— Ближайший поезд отправится в девять с половиною часов, бабушка, — доложил я, чтоб остановить ее фурор.
— А теперь сколько?
— Половина восьмого.
— Экая досада! Ну всё равно! Алексей Иванович, денег у меня ни копейки. Вот тебе еще два билета,…
Я отправился. Через полчаса возвратившись в отель, я застал всех наших у бабушки. Узнав, что бабушка уезжает совсем…
— Отвяжитесь, черти! Вам что за дело? Чего эта козлиная борода ко мне лезет, — кричала она на…
— Diantre! — прошептала mademoiselle Blanche, бешено сверкнув глазами, но вдруг захохотала и вышла.
— Elle vivra cent ans! — крикнула она, выходя из дверей, генералу.
— А, так ты на мою смерть рассчитываешь? — завопила бабушка генералу, — пошел! Выгони их всех, Алексей…
Генерал пожал плечами, согнулся и вышел. Де-Грие за ним.
— Позвать Прасковью, — велела бабушка Марфе.
Через пять минут Марфа воротилась с Полиной. Всё это время Полина сидела в своей комнате с детьми и,…
— Прасковья, — начала бабушка, — правда ли, что я давеча стороной узнала, что будто бы этот дурак,…
— Наверное про это я не знаю, бабушка, — ответила Полина, — но по словам самой mademoiselle Blanche,…
— Довольно! — энергически прервала бабушка, — всё понимаю! Я всегда считала, что от него это станется, и…
— Позвольте сперва вас спросить: неужели вы сейчас ехать хотите?
— Шучу, что ли, я, матушка? Сказала и поеду. Я сегодня пятнадцать тысяч целковых просадила на растреклятой вашей…
— А воды-то, бабушка? Ведь вы приехали воды пить?
— И, ну тебя с водами твоими! Не раздражай ты меня, Прасковья; нарочно, что ли, ты? Говори, едешь…
— Я вас очень, очень благодарю, бабушка, — с чувством начала Полина, — за убежище, которое вы мне…
— Значит, не хочешь?
— Значит, не могу. К тому же во всяком случае я не могу брата и сестру оставить, а…
— Ну, не хнычь! (Полина и не думала хныкать, да она и никогда не плакала), — и для…
Полина вспыхнула. Я так и вздрогнул. (Все знают! Один я, стало быть, ничего не знаю!)
— Ну, ну, не хмурься. Не стану размазывать. Только смотри, чтоб не было худа, понимаешь? Ты девка умная;…
— Я, бабушка, еще провожу вас, — сказала Полина.
— Не надо; не мешай, да и надоели вы мне все. Полина поцеловала у бабушки руку, но та…
Проходя мимо меня, Полина быстро на меня поглядела и тотчас отвела глаза.
— Ну, прощай и ты, Алексей Иванович! Всего час до поезда. Да и устал ты со мною, я…
— Покорно благодарю вас, бабушка, мне совестно…
— Ну, ну! — крикнула бабушка, но до того энергично и грозно, что я не посмел отговариваться и…
— В Москве, как будешь без места бегать, — ко мне приходи; отрекомендую куда-нибудь. Ну, убирайся!
Я пришел к себе в номер и лег на кровать. Я думаю, я лежал с полчаса навзничь, закинув…
Всё это было просто невероятно. Я вдруг вскочил вне себя, чтоб идти тотчас же отыскать мистера Астлея и…
Но вдруг в дверях моих раздался стук. Смотрю — Потапыч.
— Батюшка, Алексей Иванович: к барыне, требуют!
— Что такое? Уезжает, что ли? До поезда еще двадцать минут.
— Беспокоятся, батюшка, едва сидят. «Скорей, скорей!» — вас то есть, батюшка; ради Христа, не замедлите.
Тотчас же я сбежал вниз. Бабушку уже вывезли в коридор. В руках ее был бумажник.
— Алексей Иванович, иди вперед, пойдем!..
— Куда, бабушка?
— Жива не хочу быть, отыграюсь! Ну, марш, без расспросов! Там до полночи ведь игра идет?
Я остолбенел, подумал, но тотчас же решился.
— Воля ваша, Антонида Васильевна, не пойду.
— Это почему? Это что еще? Белены, что ли, вы все объелись!
— Воля ваша: я потом сам упрекать себя стану; не хочу! Не хочу быть ни свидетелем, ни участником;…
— Экой вздор! — крикнула мне вслед бабушка, — да не ходи, пожалуй, я и одна дорогу найду!…
Мистера Астлея я не нашел и воротился домой. Поздно, уже в первом часу пополуночи, я узнал от Потапыча,…
Вот уже почти целый месяц прошел, как я не притрогивался к этим заметкам моим, начатым под влиянием впечатлений,…
Я собрал и перечел мои листки. (Кто знает, может быть, для того, чтобы убедиться, не в сумасшедшем ли…
Впрочем, я, может быть, и установлюсь как-нибудь и перестану кружиться, если дам себе, по возможности, точный отчет во…
Итак, принимаюсь писать. Впрочем, всё это можно рассказать теперь отчасти и покороче: впечатления совсем не те…
Во-первых, чтоб кончить с бабушкой. На другой день она проигралась вся окончательно. Так и должно было случиться: кто…
Потапыч продежурил при ней в воксале целый день. Полячки, руководившие бабушку, сменялись в этот день несколько раз. Она…
Так как бабушка не обедала и почти не сходила с кресел, то и действительно один из полячков пригодился:…
По расчету Потапыча, бабушка проиграла всего в этот день до девяноста тысяч рублей, кроме проигранных ею вчера денег.…
Между тем во весь этот день у нас в отеле происходили тоже весьма решительные вещи. Еще утром, до…
Поутру в этот же день я ходил к мистеру Астлею или, лучше сказать, всё утро отыскивал мистера Астлея,…
— Она всё проиграет, — заметил я.
— О да, — отвечал он, — ведь она пошла играть еще давеча, когда я уезжал, а потому…
— Куда вы уезжали? — вскричал я, изумившись, что до сих пор не спросил.
— Я был во Франкфурте.
— По делам?
— Да, по делам.
Ну что же мне было спрашивать дальше? Впрочем, я всё еще шел подле него, но он вдруг повернул…
Весь этот день Полина то гуляла с детьми и нянюшкой в парке, то сидела дома. Генерала она давно…
Конечно, я избегал говорить с нею и ни разу с нею не сходился после происшествия с Вурмергельмами. При…
Мне не запрещают; даже сама она вызывала иной раз меня на разговор и… конечно, делала это на смех.…
У ней тайна — это ясно! Разговор ее с бабушкой больно уколол мое сердце. Ведь я тысячу раз…
Придя домой, в порыве бешенства, я схватил перо и настрочил ей следующее:
«Полина Александровна, я вижу ясно, что пришла развязка, которая заденет, конечно, и вас. Последний раз повторяю: нужна или…
Я запечатал и отправил эту записку с коридорным лакеем, с приказанием отдать прямо в руки. Ответа я не…
Часу в седьмом меня позвали к генералу.
Он был в кабинете, одет как бы собираясь куда-то идти. Шляпа и палка лежали на диване. Мне показалось…
— Алексей Иванович, спасите, спасите, пощадите!
Я долго не мог ничего понять; он всё говорил, говорил, говорил и всё повторял: «Пощадите, пощадите!» Наконец я…
Он помешался, по крайней мере в высшей степени потерялся. Он складывал руки и готов был броситься предо мной…
— Помилуйте, генерал, — вскричал я, — да mademoiselle Blanche, может быть, еще и не заметила меня до…
Но напрасно было и возражать: он не понимал, что ему говорят. Пускался он говорить и о бабушке, но…
— У нас, у нас, — начинал он, вдруг вскипая негодованием, — одним словом, у нас, в благоустроенном…
И он бросался опять на диван, а чрез минуту, чуть не всхлипывая, задыхаясь, спешил рассказать мне, что mademoiselle…
— Уехал! у него всё мое в закладе; я гол как сокол! Те деньги, которые вы привезли… те…
— Как же вы в отеле расплатитесь? — вскричал я в испуге, — и… потом что же?
Он задумчиво посмотрел, но, кажется, ничего не понял и даже, может быть, не расслышал меня. Я попробовал было…
— Да! да! — но тотчас же опять пускался говорить о князе, о том, что теперь уедет с…
Наконец он залился в три ручья слезами.
Нечего было делать с таким человеком; оставить его одного тоже было опасно; пожалуй, могло с ним что-нибудь приключиться.…
Едва только оставил я генерала, как явился ко мне Потапыч с зовом к бабушке. Было восемь часов, и…
— Здравствуйте, батюшка Алексей Иванович, — сказала она медленно и важно склоняя голову, — извините, что еще раз…
Мистер Астлей поспешил по первому зову бабушки. Нимало не думая и много не говоря, он тотчас же отсчитал…
— А теперь ступай и ты, Алексей Иванович. Осталось час с небольшим — хочу прилечь, кости болят. Не…
Я, однако, желал проводить бабушку. Кроме того, я был в каком-то ожидании, я всё ждал, что вот-вот сейчас…
Ко времени поезда я сбегал на дебаркадер и усадил бабушку. Они все уселись в особый семейный вагон. «Спасибо…
Я пошел домой. Проходя мимо генеральского номера, я встретил нянюшку и осведомился о генерале. «И, батюшка, ничего», —…
Я так и вскрикнул.
— Что же? Что же? — странно спрашивала она. Она была бледна и смотрела мрачно.
— Как что же? Вы? здесь, у меня!
— Если я прихожу, то уж вся прихожу. Это моя привычка. Вы сейчас это увидите; зажгите свечу.
Я зажег свечку. Она встала, подошла к столу и положила предо мной распечатанное письмо.
— Прочтите, — велела она.
— Это, — это рука Де-Грие! — вскричал я, схватив письмо. Руки у меня тряслись, и строчки прыгали…
«Mademoiselle, — писал Де-Грие, — неблагоприятные обстоятельства заставляют меня уехать немедленно. Вы, конечно, сами заметили, что я нарочно…
— Что же, это всё ясно, — сказал я, обращаясь к Полине, — неужели вы могли ожидать чего-нибудь…
— Я ничего не ожидала, — отвечала она, по-видимому спокойно, но что-то как бы вздрагивало в ее голосе;…
— Но бумага, — эта возвращенная им закладная на пятьдесят тысяч, ведь она у генерала? Возьмите и отдайте…
— О, не то! Не то!..
— Да, правда, правда, не то! Да и к чему генерал теперь способен? А бабушка? — вдруг вскричал…
Полина как-то рассеянно и нетерпеливо на меня посмотрела.
— Зачем бабушка? — с досадой проговорила Полина, — я не могу идти к ней… Да и ни…
— Что же делать! — вскричал я, — и как, ну как это вы могли любить Де-Грие! О,…
— Он во Франкфурте и проживет там три дня.
— Одно ваше слово, и я еду, завтра же, с первым поездом! — проговорил я в каком-то глупом…
— Что же, он скажет еще, пожалуй: сначала возвратите пятьдесят тысяч франков. Да и за что ему драться?..…
— Ну так где же, где же взять эти пятьдесят тысяч франков, — повторил я, скрежеща зубами, —…
У ней глаза засверкали.
— Что же, разве ты сам хочешь, чтоб я от тебя ушла к этому англичанину? — проговорила она,…
Кажется, у ней в эту минуту закружилась голова от волнения, и вдруг она села на диван, как бы…
Точно молния опалила меня; я стоял и не верил глазам, не верил ушам! Что же, стало быть, она…
Одна дикая мысль блеснула в моей голове.
— Полина! Дай мне только один час! Подожди здесь только час и… я вернусь! Это… это необходимо! Увидишь!…
И я выбежал из комнаты, не отвечая на ее удивленный вопросительный взгляд; она крикнула мне что-то вслед, но…
Да, иногда самая дикая мысль, самая с виду невозможная мысль, до того сильно укрепляется в голове, что ее…
Было четверть одиннадцатого; я вошел в воксал в такой твердой надежде и в то же время в таком…
В одиннадцатом часу у игорных столов остаются настоящие, отчаянные игроки, для которых на водах существует только одна рулетка,…
— Vingt deux! — закричал крупер.
Я выиграл — и опять поставил всё: и прежнее, и выигрыш.
— Trente et un, — прокричал крупер. Опять выигрыш! Всего уж, стало быть, у меня восемьдесят фридрихсдоров! Я…
Я был как в горячке и двинул всю эту кучу денег на красную — и вдруг опомнился! И…
— Rouge! — крикнул крупер, — и я перевел дух, огненные мурашки посыпались по моему телу. Со мною…
Затем, помнится, я поставил две тысячи флоринов опять на двенадцать средних и проиграл; поставил мое золото и восемьдесят…
— Quatre! — крикнул крупер. Всего, с прежнею ставкою, опять очутилось шесть тысяч флоринов. Я уже смотрел как…
Вышла черная. Не помню я уж тут ни расчета, ни порядка моих ставок. Помню только, как во сне,…
Я думаю, с моего прибытия времени прошло не более получаса. Вдруг крупер уведомил меня, что я выиграл тридцать…
Иногда, впрочем, начинал мелькать в голове моей расчет. Я привязывался к иным цифрам и шансам, но скоро оставлял…
— Уходите, уходите, — шептал мне чей-то голос справа. Это был какой-то франкфуртский жид; он всё время стоял…
— Ради бога уходите, — прошептал другой голос над левым моим ухом. Я мельком взглянул. Это была весьма…
Собрав всё, я быстро перешел на trente et quarante.
За trente et quarante сидит публика аристократическая. Это не рулетка, это карты. Тут банк отвечает за сто тысяч…
Действительно, точно судьба толкала меня. На этот раз, как нарочно, случилось одно обстоятельство, довольно, впрочем, часто повторяющееся в…
Но я, по какому-то странному своенравию, заметив, что красная вышла семь раз сряду, нарочно к ней привязался. Я…
— Monsieur a gagné déjà cent mille florins,— раздался подле меня чей-то голос.
Я вдруг очнулся. Как? я выиграл в этот вечер сто тысяч флоринов! Да к чему же мне больше?…
— Вы смелы! вы очень смелы! — сказали они мне, — но уезжайте завтра утром непременно, как можно…
Я их не слушал. Аллея была темна, так что руки своей нельзя было различить. До отеля было с…
Я добежал в свой этаж и быстро растворил дверь. Полина была тут и сидела на моем диване, перед…
Помню, она ужасно пристально смотрела в мое лицо, но не трогаясь с места, не изменяя даже своего положения.
— Я выиграл двести тысяч франков, — вскричал я, выбрасывая последний сверток. Огромная груда билетов и свертков золота…
— Разве в чемодан положить до завтра? — спросил я, вдруг обернувшись к Полине, и вдруг вспомнил о…
Я быстро подошел к ней.
— Полина, вот двадцать пять тысяч флоринов — это пятьдесят тысяч франков, даже больше. Возьмите, бросьте их ему…
Она не ответила мне.
— Если хотите, я отвезу сам, рано утром. Так?
Она вдруг засмеялась. Она смеялась долго.
Я с удивлением и с скорбным чувством смотрел на нее. Этот смех очень похож был на недавний, частый,…
— Я не возьму ваших денег, — проговорила она презрительно.
— Как? Что это? — закричал я. — Полина, почему же?
— Я даром денег не беру.
— Я предлагаю вам, как друг; я вам жизнь предлагаю. Она посмотрела на меня долгим, пытливым взглядом, как…
— Вы дорого даете, — проговорила она усмехаясь, — любовница Де-Грие не стоит пятидесяти тысяч франков.
— Полина, как можно так со мною говорить! — вскричал я с укором, — разве я Де-Грие?
— Я вас ненавижу! Да… да!.. я вас не люблю больше, чем Де-Грие, — вскричала она, вдруг засверкав…
Тут она закрыла вдруг руками лицо, и с нею сделалась истерика. Я бросился к ней.
Я понял, что с нею что-то без меня случилось. Она была совсем как бы не в своем уме.
— Покупай меня! Хочешь? хочешь? за пятьдесят тысяч франков, как Де-Грие? — вырывалось у ней с судорожными рыданиями.…
Истерика ее проходила. Она положила обе руки на мои плечи и пристально меня рассматривала; казалось, что-то хотела прочесть…
Вдруг она бросилась обнимать меня.
— Ведь ты меня любишь, любишь? — говорила она, — ведь ты, ведь ты… за меня с бароном…
Впрочем, о мистере Астлее она беспрерывно заговаривала (особенно когда силилась мне что-то давеча рассказать), но что именно, я…
— Мы уедем? Ведь мы завтра уедем? — приходило ей вдруг беспокойно в голову, — ну… (и она…
И вдруг она опять целовала и обнимала меня, опять страстно и нежно прижимала свое лицо к моему. Я…
Я думаю, что было около семи часов утра, когда я очнулся; солнце светило в комнату. Полина сидела подле…
— Ну, отдай же мне теперь мои пятьдесят тысяч франков!
— Полина, опять, опять! — начал было я.
— Или ты раздумал? ха-ха-ха! Тебе, может быть, уже и жалко?
Двадцать пять тысяч флоринов, отсчитанные еще вчера, лежали на столе; я взял и подал ей.
— Ведь они уж теперь мои? Ведь так? Так? — злобно спрашивала она меня, держа деньги в руках.
— Да они и всегда были твои, — сказал я.
— Ну так вот же твои пятьдесят тысяч франков! — Она размахнулась и пустила их в меня. Пачка…
Я знаю, она, конечно, в ту минуту была не в своем уме, хоть я и не понимаю этого…
Я кое-как, наскоро, сунул все мои бумаги и всю мою кучу золота в постель, накрыл ее и вышел…
— Сейчас, — говорил я ей, — сейчас только ушла от меня, минут десять тому назад, куда же…
Няня с укоризной на меня поглядела.
А между тем вышла целая история, которая уже ходила по отелю. В швейцарской и у обер-кельнера перешептывались, что…
Еще было рано; мистер Астлей не принимал никого; узнав же, что это я, вышел ко мне в коридор…
— Она больна, — отвечал мистер Астлей, по-прежнему смотря на меня в упор и не сводя с меня…
— Так она в самом деле у вас?
— О да, у меня.
— Так как же вы… вы намерены ее держать у себя?
— О да, я намерен.
— Мистер Астлей, это произведет скандал; этого нельзя. К тому же она совсем больна; вы, может быть, не…
— О да, я заметил и уже вам сказал, что она больна. Если б она была не больна,…
— Так вы и это знаете?
— Я это знаю. Она шла вчера сюда, и я бы отвел ее к моей родственнице, но так…
— Представьте себе! Ну поздравляю вас, мистер Астлей. Кстати, вы мне даете идею: не стояли ли вы всю…
— Неужели? Нет, я под окном не стоял; но я ждал в коридоре и кругом ходил.
— Но ведь ее надо лечить, мистер Астлей.
— О да, я уж позвал доктора, и если она умрет, то вы дадите мне отчет в ее…
— Помилуйте, мистер Астлей, что это вы хотите?
— А правда ли, что вы вчера выиграли двести тысяч талеров?
— Всего только сто тысяч флоринов.
— Ну вот видите! Итак, уезжайте сегодня утром в Париж.
— Зачем?
— Все русские, имея деньги, едут в Париж, — пояснил мистер Астлей голосом и тоном, как будто прочел…
— Что я буду теперь, летом, в Париже делать? Я ее люблю, мистер Астлей! Вы знаете сами.
— Неужели? Я убежден, что нет. Притом же, оставшись здесь, вы проиграете наверное всё, и вам не на…
— Хорошо, прощайте, только я в Париж не поеду. Подумайте, мистер Астлей, о том, что теперь будет у…
— Да, на весь город; генерал же, я думаю, об этом не думает, и ему не до этого.…
Я шел и посмеивался странной уверенности этого англичанина, что я уеду в Париж. «Однако он хочет меня застрелить…
Я спешил к генералу, как вдруг невдалеке от их квартиры отворилась дверь и меня кто-то кликнул. Это была…
У них был небольшой номер, в две комнаты. Слышен был смех и крик mademoiselle Blanche из спальни. Она…
— A, c’est lui!! Viens donc, bêta! Правда ли, que tu as gagné une montagne d’or et d’argent?…
— Выиграл, — отвечал я смеясь.
— Сколько?
— Сто тысяч флоринов.
— Bibi, comme tu es bête. Да, войди же сюда, я ничего не слышу. Nous ferons bombance, n’est-ce…
Я вошел к ней. Она валялась под розовым атласным одеялом, из-под которого выставлялись смуглые, здоровые, удивительные плечи, —…
— Mon fils, as-tu du coeur? — вскричала она, завидев меня, и захохотала. Смеялась она всегда очень весело…
— Tout autre… — начал было я, парафразируя Корнеля.
— Вот видишь, vois-tu, — затараторила она вдруг, — во-первых, сыщи чулки, помоги обуться, а во-вторых, si tu…
— Сейчас?
— Чрез полчаса.
Действительно, всё было уложено. Все чемоданы и ее вещи стояли готовые. Кофе был уже давно подан.
— Eh bien! хочешь, tu verras Paris. Dis donc qu’est ce que c’est qu’un outchitel? Tu étais bien…
Она выставила действительно восхитительную ножку, смуглую, маленькую, неисковерканную, как все почти эти ножки, которые смотрят такими миленькими в…
— Eh bien, que feras-tu, si je te prends avec? Во-первых, je veux cinquante mille francs. Ты мне…
— Постой, эдак я тебе отдам пятьдесят тысяч франков, а что же мне-то останется?
— Et cent cinquante mille francs, ты забыл, и, сверх того, я согласна жить на твоей квартире месяц,…
— Как, всё в два месяца?
— Как! Это тебя ужасает! Ah, vil esclave! Да знаешь ли ты, что один месяц этой жизни лучше…
В эту минуту я обувал другую ножку, но не выдержал и поцеловал ее. Она вырвала и начала меня…
Воротясь домой, был я уже как закруженный. Что же, я не виноват, что mademoiselle Полина бросила мне целой…
Я постоял, подумал.
— Счет! — закричал я, — сейчас еду, чрез десять минут. — «В Париж так в Париж! —…
Чрез четверть часа мы действительно сидели втроем в одном общем семейном вагоне: я, mademoiselle Blanche et madame veuve…
— Да чего тебе! Как ты глуп! О, как ты глуп! — вскрикивала Blanche, прерывая свой смех и…
— A генерал? — спросил я ее.
— А генерал, ты знаешь сам, каждый день в это время уходит мне за букетом. На этот раз…
И вот таким-то образом я и уехал тогда в Париж.
Что я скажу о Париже? Всё это было, конечно, и бред, и дурачество. Я прожил в Париже всего…
«Ну к чему тебе деньги?» — говорила она иногда с самым простейшим видом, и я с нею не…
— Ну, так ты, Bibi, не сердишься? — подходила она ко мне.
— Не-е-ет! Надо-е-е-ла! — говорил я, отстраняя ее от себя рукою, но это было для нее так любопытно,…
— Видишь, если я решилась столько заплатить, то это потому, что их продавали по случаю. Их можно опять…
— Верю, верю; лошади прекрасные; и у тебя теперь славный выезд; пригодится; ну и довольно.
— Так ты не сердишься?
— За что же? Ты умно делаешь, что запасаешься некоторыми необходимыми для тебя вещами. Всё это потом тебе…
Blanche, всего менее ожидавшая от меня таких рассуждений (вместо криков-то да попреков!), точно с неба упала.
— Так ты… так ты вот какой! Mais tu as de l’esprit pour comprendre! Sais-tu, mon garçon, хоть…
— Ну их, поскорей бы уж!
— Mais… sais-tu… mais dis donc, разве ты богат? Mais sais-tu, ведь ты уж слишком презираешь деньги. Qu’est…
— Après поеду в Гомбург и еще выиграю сто тысяч франков.
— Oui, oui, c’est ça, c’est magnifique! И я знаю, что ты непременно выиграешь и привезешь сюда. Dis…
— Ну, и врешь! А с Альбертом-то, с этим офицеришкой черномазым, разве я не видал прошлый раз?
— Oh, oh, mais tu es…
— Ну, врешь, врешь; да ты что думаешь, что я сержусь? Да наплевать! il faut que jeunesse se…
— Так ты и за это не сердишься? Mais tu es un vrai philosophe, sais-tu? Un vrai philosophe!…
И действительно, с этих пор она ко мне даже как будто и в самом деле привязалась, даже дружески,…
Впрочем, нечего об этом распространяться; всё это могло бы составить особый рассказ, с особым колоритом, который я не…
У нас действительно была свадьба. Случилась она уже в самом конце нашего месяца, и надо предположить, что на…
Случилось это так: неделю спустя после нашего водворения в Париже приехал генерал. Он прямо приехал к Blanche и…
Blanche, с самого его появления у нас, начала тотчас же за него предо мною адвокатствовать. Она пускалась даже…
«Un vrai russe, un calmouk!» Она несколько раз посылала меня прогуливать по улицам генерала, точь-в-точь с лакеем свою…
Я видел, что у них что-то идет на лад, но молчал, по обыкновению. Blanche объявила мне первая: это…
— Il a de la chance, — тараторила она мне, — babouchka теперь действительно уж больна и непременно…
— Ну, а если он начнет ревновать, будет требовать… бог знает чего, — понимаешь?
— О нет, non, non, non! Как он смеет! Я взяла меры, не беспокойся. Я уж заставила его…
— Ну, выходи…
Свадьбу сделали без особенного торжества, семейно и тихо. Приглашены были Альберт и еще кое-кто из близких. Hortense, Cléopâtre…
— Il est pourtant très comme il faut, — объявила мне сама Blanche, выходя из комнаты генерала, как…
— Мне теперь нужно совершенно иначе держать себя, — сказала она мне чрезвычайно серьезно, — mais vois-tu, я…
Наконец мы расстались, и Blanche, эта глупая Blanche, даже прослезилась, прощаясь со мною. «Tu étais bon enfant, —…
У меня у самого оставалось еще франков пятьсот; кроме того, есть великолепные часы в тысячу франков, бриллиантовые запонки…
Вот уже год и восемь месяцев, как я не заглядывал в эти записки, и теперь только, от тоски…
Я действительно тогда поехал в Гомбург, но… я был потом и опять в Рулетенбурге, был и в Спа,…
О, тот вечер, когда я понес мои семьдесят гульденов на игорный стол, тоже был замечателен. Я начал с…
Я занял номер, заперся и часов до трех сидел и считал свои деньги. Наутро я проснулся уже не…
Я, конечно, живу в постоянной тревоге, играю по самой маленькой и чего-то жду, рассчитываю, стою по целым дням…
— Итак, вы здесь! Я так и думал, что вас повстречаю, — сказал он мне. — Не беспокойтесь…
— Ба! вот как вы следите за старыми друзьями! — ответил я. — Это делает вам честь, что…
— Нет, о нет; я не выкупал вас из рулетенбургской тюрьмы, где вы сидели за долг в двести…
— Значит, все-таки знаете, кто меня выкупил?
— О нет, не могу сказать, что знаю, кто вас выкупил.
— Странно; нашим русским я никому не известен, да русские здесь, пожалуй, и не выкупят; это у нас…
Мистер Астлей слушал меня с некоторым удивлением. Он, кажется, думал найти меня унылым и убитым.
— Однако ж я очень радуюсь, видя вас совершенно сохранившим всю независимость вашего духа и даже веселость, —…
— То есть внутри себя вы скрыпите от досады, зачем я не убит и не унижен, — сказал…
Он не скоро понял, но, поняв, улыбнулся.
— Мне нравятся ваши замечания. Я узнаю в этих словах моего прежнего, умного, старого, восторженного и вместе с…
— О, черт с ней! Тотчас же брошу, только бы…
— Только бы теперь отыграться? Так я и думал; не договаpивайте — знаю, — вы это сказали нечаянно,…
— Да, ничем…
Он стал меня экзаменовать. Я ничего не знал, я почти не заглядывал в газеты и положительно во все…
— Вы одеревенели, — заметил он, — вы не только отказались от жизни, от интересов своих и общественных,…
— Довольно, мистер Астлей, пожалуйста, пожалуйста, не напоминайте, — вскричал я с досадой, чуть не со злобой, —…
— Вы будете здесь еще чрез десять лет, — сказал он. — Предлагаю вам пари, что я напомню…
— Ну довольно, — прервал я с нетерпением, — и, чтоб вам доказать, что я не так-то забывчив…
— Нет, о нет! Я не думаю, чтобы она вас выкупила. Она теперь в Швейцарии, и вы мне…
— Это значит, что и вас она уж очень поранила! — засмеялся я невольно.
— Мисс Полина — лучшее существо из всех наиболее достойных уважения существ, но, повторяю вам, вы сделаете мне…
— Вот как! Впрочем, вы неправы; да о чем же мне и говорить с вами, кроме этого, рассудите?…
— Извольте, с тем чтоб этими двумя словами было все покончено. Мисс Полина была долго больна; она и…
— А Де-Грие? Не путешествует ли и он тоже в Швейцарии?
— Нет, Де-Грие не путешествует в Швейцарии; и я не знаю, где Де-Грие; кроме того, раз навсегда предупреждаю…
— Как! несмотря на наши прежние дружеские отношения?
— Да, несмотря на наши прежние дружеские отношения.
— Тысячу раз прошу извинения, мистер Астлей. Но позвольте, однако ж: тут нет ничего обидного и неблагородного; я…
— Если вы не будете упоминать имя Де-Грие вместе с другим именем, то я попросил бы вас объяснить…
— Видите, вы и заинтересовались. Но это длинная материя, мистер Астлей. Тут много надо бы знать предварительно. Впрочем,…
— Да, я участвую в компании известного сахарного завода Ловель и Комп.
— Ну, вот видите, мистер Астлей. С одной стороны — сахаровар, а с другой — Аполлон Бельведерский; все…
— Вы озлоблены, а потому и говорите весь этот вздор, — хладнокровно и подумав сказал мистер Астлей. —…
— Согласен! Но в том-то и ужас, благородный друг мой, что все эти мои обвинения, как ни устарели,…
— Это гнусный вздор… потому, потому… знайте же! — произнес мистер Астлей дрожащим голосом и сверкая глазами, —…
— Неужели! Неужели? — вскричал я, и слезы градом потекли из глаз моих. Я не мог сдержать их,…
— Да, несчастный человек, она любила вас, и я могу вам это открыть, потому что вы — погибший…
— Нет, мистер Астлей, после всего теперь сказанного…
— Бе-ри-те! — вскричал он. — Я убежден, что вы еще благородны, и даю вам, как может дать…
— Возьму, если вы позволите себя обнять на прощанье.
— О, это с удовольствием!
Мы обнялись искренно, и мистер Астлей ушел.
Нет, он не прав! Если я был резок и глуп насчет Полины и Де-Грие, то он резок и…
Завтра, завтра все кончится!