Неточка Незванова
Фёдор Михайлович Достоевский
English title: Netochka Nezvanova
English author: Fyodor Dostoevsky
Original text: Russian Wikisource · Russian Wikisource source text: Неточка Незванова (Достоевский); pinned revision snapshot (Lectio bundled import)
Reference: Russian — Wikibooks — Community-maintained, CC BY-SA.
Find a section
Choose a paragraph to open its bounded reader passage.
Current position: Section 1 of 819
I
Отца моего я не помню. Он умер, когда мне было два года. Мать моя вышла замуж в другой…
Фамилия моего отчима была Ефимов. Он родился в селе очень богатого помещика, от одного бедного музыканта, который, после…
Помещик немедленно послал за отчимом.
— Для чего ж ты не хочешь отдать скрипку? — спросил он его, — она тебе не нужна.…
Ефимов отвечал, что к графу он сам не пойдет, но если его пошлют, то на это будет воля…
Ясное дело, что таким ответом он коснулся самой чувствительной струны в характере помещика. Дело в том, что тот…
— Хорошо! — отвечал помещик. — Я уведомлю графа, что ты не хочешь продать скрипку, потому что ты…
Ефимов усмехнулся.
— Нет, сударь, я вам ее не продам, — отвечал он, — конечно, ваша воля…
— Да разве я тебя притесняю, разве я тебя принуждаю! — закричал помещик, выведенный из себя, тем более…
Помещик гнал от себя всех, на кого сердился, потому что боялся за себя и за свою горячность. А…
Торг не состоялся, и, казалось, тем дело и кончилось, как вдруг, через месяц, графский скрипач затеял ужасное дело:…
В продолжение всего этого дела помещик вел себя самым благородным образом. Он старался о моем отчиме так, как…
В одно утро докладывают, что Ефимов исчез неизвестно куда. Начались поиски, но и след простыл. Оркестр был в…
Прочтя это письмо, помещик был в глубоком изумлении. Он был огорчен до глубины души. Как? Ефимов, тот самый…
Помещик, немедленно отправившись к графу, тотчас же познакомился с французом и объяснил всю историю моего отчима, прибавив, что…
— Не беспокойтесь, ваше сиятельство, я уже довольно с вами знаком и знаю вас хорошо, — отвечал мой…
Граф был вне себя от гнева, услышав такое ужасное обвинение. Он едва мог совладеть с собою; но случившийся…
Около полуночи отворилась дверь в комнату арестанта. Вошел помещик. Он был в халате, в туфлях и держал в…
— Егор, — сказал он ему, — за что ты так обидел меня?
Ефимов не отвечал. Помещик повторил свой вопрос, и какое-то глубокое чувство, какая-то странная тоска звучала в словах его.
— А бог знает, за что я так обидел вас, сударь! — отвечал наконец мой отчим, махнув рукою,…
— Егор! — начал снова помещик, — воротись ко мне; я все позабуду, все тебе прощу. Слушай: ты…
— Нет, сударь, нет, и не говорите: не жилец я у вас! Я вам говорю, что дьявол ко…
— Кто? — спросил помещик.
— А вот, что издох как собака, от которой свет отступился, итальянец.
— Это он тебя, Егорушка, играть выучил?
— Да! Многому он меня научил на мою погибель. Лучше б мне никогда его не видать.
— Разве и он был мастер на скрипке, Егорушка?
— Нет, он сам мало знал, а учил хорошо. Я сам выучился; он только показывал, — и легче,…
— Егор! — сказал помещик после минутного молчания, — я тебя так не оставлю. Коли не хочешь служить…
— Ну, быть так! — сказал Ефимов. — Дал я, сударь, зарок никогда перед вами не играть, именно…
Тут он взял скрипку и начал играть свои варияции на русские песни. Б. говорил, что эти варияции —…
— Теперь ступай, Егор. Я тебя выпущу отсюда и сам все улажу с графом; но слушай: больше уж…
Они поцеловались, и вслед за тем мой отчим вышел на свободу.
Едва он очутился на свободе, как тотчас же начал тем, что прокутил в ближайшем уездном городе свои триста…
Б. в свою очередь попробовал поделиться советами со своим товарищем, которому так подчинился в самом начале, но только…
Только прежняя свычка и дружба да еще сострадание, которое чувствовал Б. к погибшему человеку, удерживали его от намерения…
— У меня нет таланта! — заключил он, побледнев как мертвый.
Б. был сильно тронут.
— Послушай, Егор Петрович, — говорил он ему, — что ты над собою делаешь? Ты ведь только губишь…
Ефимов слушал своего бывшего товарища с глубоким чувством. Но по мере того как он говорил, бледность сходила со…
Прошло несколько лет. Один раз Б., возвращаясь с репетиции домой, наткнулся в одном переулке, у входа в грязный…
— Что с тобою? Где ты теперь? — спрашивал Б.
Ефимов сконфузился, даже сробел сначала, отвечал бессвязно и отрывисто, так что Б. подумал, что он видит пред собою…
— Как так? — спросил Б.
— Я, брат, уже два года как не беру в руки скрипку, — отвечал Ефимов. — Баба, кухарка,…
— Да зачем же ты женился, коли так?
— Есть было нечего. Я познакомился с ней; у ней было рублей с тысячу: я и женился очертя…
Б. увидел, что Ефимов как будто спешил в чем-то перед ним оправдаться.
— Все бросил, все бросил, — прибавил он. Тут он ему объявил, что в последнее время почти достиг…
— Так за чем же дело стало? — сказал удивленный Б. — Ты бы искал себе места?
— Не стоит! — сказал Ефимов, махнув рукою. — Кто из вас там хоть что-нибудь понимает! Что вы…
Тут Ефимов снова махнул рукой и покачнулся на стуле, потому что порядочно охмелел. Затем он стал звать к…
Б., однако ж, отыскал его на другое утро на чердаке, где все мы жили тогда в крайней бедности,…
Нищета нашего семейства поразила Б.
— Послушай, вздор ты все говоришь, — сказал он отчиму, — где тут убитый талант? Она же тебя…
— А ничего! — отвечал отчим.
Но Б. еще не знал всех бедствий матушки. Муж часто заводил к себе в дом целые ватаги разных…
Б. долго убеждал своего прежнего товарища; наконец объявил ему, что если он не захочет исправиться, то ни в…
— Я сыграю тебе что-нибудь из моего собственного, по дружбе, — сказал он Б. и вытащил толстую запыленную…
— Все это я сам написал, — сказал он, указывая на тетрадь. — Вот ты увидишь! Это, брат,…
Б. молча просмотрел несколько страниц; потом развернул ноты, которые были при нем, и попросил отчима, оставив в стороне…
Отчим немного обиделся, однако ж, боясь потерять новое покровительство, исполнил приказание Б. Тут Б. увидел, что прежний товарищ…
И действительно, было чрезвычайно странно видеть, что такой незначительный человек, такой дурной, бесполезный исполнитель и нерадивый музыкант в…
Кончилось тем, что отчим поссорился с Б., выдумал самую скверную сплетню, самую гадкую клевету и пустил ее в…
II
Я начала себя помнить очень поздно, только с девятого года. Не знаю, каким образом все, что было со…
Теперь мне кажется, что я очнулась вдруг, как будто от глубокого сна (хотя тогда это, разумеется, не было…
Помню, что были сумерки; все было в беспорядке и разбросано: щетки, какие-то тряпки, наша деревянная посуда, разбитая бутылка…
С этой минуты началась во мне какая-то безграничная любовь к отцу, но чудная любовь, как будто вовсе не…
Я уже рассказала первое пробуждение мое от младенческого сна, первое движение мое в жизни. Сердце мое было уязвлено…
И вот когда я проснулась на другой день, первою мыслию, первою заботою моею был дом с красными занавесами.…
И как могла родиться во мне такая ожесточенность к такому вечно страдавшему существу, как матушка? Только теперь понимаю…
— Нет, не нужно, — сказала она, поглядев на меня, — я лучше спать лягу. А? хочешь ты…
Я молчала; тут она приподняла мою голову и посмотрела на меня так тихо, так ласково, лицо ее прояснело…
Иногда в нашем углу наступала мертвая тишина на целые недели. Отец и мать уставали ссориться, и я жила…
Я помню, что мне все тягостнее и тягостнее становилось мое одиночество и молчание, которого я не смела прервать.…
— Дом? красные занавесы? что такое? О чем ты бредишь, глупая?
Тогда я, испугавшись больше прежнего, начала ему объяснять, что когда умрет матушка, то мы уже не будем больше…
— Мать? Умерла? Когда умрет мать? — повторял он, смотря на меня в изумлении, нахмуря свои густые с…
Тут он начал бранить меня и долго говорил мне, что я глупый ребенок, что я ничего не понимаю……
Я не поняла ни слова из его упреков, не поняла, как больно было ему, что я вслушалась в…
— А вот так у Карла Федорыча нет ни на копейку таланта.
Этот Карл Федорович был презанимательное лицо. Я так мало видела людей в ту пору моей жизни, что никак…
— Нет, Карл Федорыч, никак не потрафишь! — говорил наконец батюшка, притворясь, что ему самому неприятно высказывать горькую…
— Нет, Карл Федорыч, видно — судьба твоя: никак не потрафишь!
Тут уж я более не выдерживала и покатывалась со смеху, а за мною батюшка. Карл Федорыч замечал наконец…
— Ты вироломный друк!
Потом он схватывал шляпу и выбегал от нас, клянясь всем на свете не приходить никогда. Но ссоры эти…
Раз матушка послала меня в лавочку за какой-то покупкой, и я возвращалась, бережно неся мелкую серебряную монету, которую…
Он был очень смущен.
— Послушай, Неточка, — сказал он, — дай мне эти деньги, я тебе их назад принесу. А? ты…
Я как будто предчувствовала это. Но в первое мгновение мысль о том, как рассердится матушка, робость и более…
— Ну, не нужно, не нужно!..
— Нет, нет, папа, возьми; я скажу, что потеряла, что у меня отняли соседские дети.
— Ну, хорошо, хорошо; ведь я знал, что ты умная девочка, — сказал он, улыбаясь дрожащими губами и…
Тут он схватил мою руку и хотел поцеловать, но я быстро отдернула ее. Какая-то жалость овладела мною, и…
В сумерки, когда должно было воротиться батюшке, я, по обыкновению, дожидалась его в сенях. В этот раз я…
— Это музыка! — сказала я, поглядев на батюшку.
— Да, да, музыка, — повторил он, радостно потирая руки, — ты умное дитя, ты доброе дитя! —…
Таким образом я росла в нашем углу, и мало-помалу любовь моя, — нет, лучше я скажу страсть, потому…
III
В это время весь Петербург был взволнован чрезвычайною новостью. Разнесся слух о приезде знаменитого С-ца. Все, что было…
Я уже говорила, что приезд каждого нового скрипача, каждой хоть сколько-нибудь прославленной знаменитости производил на моего отчима самое…
Мне рассказывали, что, при первых слухах о приезде С-ца, отца моего тотчас же увидели снова за кулисами театра.…
Б. рассказывает, что в этот же вечер, перед сумерками, он встретился с князем Х-м, известным дилетантом, человеком глубоко…
— Видите ли вы этого человека? — сказал Б., указывая на моего отца.
— Кто такой? — спросил князь.
— Вы о нем уже слыхали. Это тот самый Ефимов, о котором я с вами не раз говорил…
— Ах, это любопытно! — сказал князь. — Вы о нем много наговорили. Сказывают, он очень занимателен. Я…
— Это не стоит, — отвечал Б., — да и тяжело. Я не знаю, как вам, а мне…
— Вы говорили, он беден? — сказал князь.
— Да; но бедность теперь для него почти счастие, потому что она его отговорка. Он может теперь уверять…
— А любопытно, что будет с ним, когда он услышит С-ца, — заметил князь.
— Да, — сказал Б. задумчиво. — Но нет: он очнется тотчас же; его сумасшествие сильнее истины, и…
— Вы думаете? — заметил князь.
В это время они поравнялись с отцом. Он было хотел пройти незамеченным, но Б. остановил его и заговорил…
Но я уже за день знала о заботе отца. Я не знала, что именно его мучит, но видела,…
На другой день, за обедом, — это было уже накануне концерта — батюшка был совсем как убитый. Он…
— Неточка! — начал он дрожащим голосом, — голубчик мой! Послушай: дай-ка мне эти деньги, а я завтра…
— Папочка! папочка! — закричала я, бросаясь на колени и умоляя его, — папочка! не могу! нельзя! Маме…
— Так ты не хочешь? ты не хочешь? — шептал он мне в каком-то исступлении, — так ты,…
— Папочка! — закричала я в полном ужасе, — возьми деньги, на! Что мне делать теперь? — говорила…
Он, кажется, не ожидал такого сопротивления, но деньги взял; наконец, не будучи в силах вынести мои жалобы и…
— Ты здесь? — сказал он шепотом.
Я бросилась к нему.
— На! — закричал он, всовывая мне в руки деньги, — на! возьми их назад! Я тебе теперь…
— Папочка! добренький папочка! я буду слушаться! — кричала я, — я тебя люблю больше мамы! Возьми деньги…
Но он уже не слыхал меня; он исчез. Весь этот вечер я была как убитая и дрожала в…
— А будешь ли ты умным дитятей, как прежде? — сурово спросил он меня.
— Буду, папочка, буду! — отвечала я. — Я скажу тебе, где у мамы деньги лежат. Они у…
— Лежали? Где? — закричал он, встрепенувшись, и встал со стула. — Где они лежали?
— Они заперты, папаша! — говорила я. — Подожди: вечером, когда мама пошлет менять, потому что медные деньги,…
— Мне нужно пятнадцать рублей, Неточка! Слышишь ли? Только пятнадцать рублей! Достань мне сегодня; я тебе завтра же…
— Не нужно, папа, не нужно! я не хочу гостинцев; я не буду их есть; я тебе их…
Я уже сказала, что он был как помешанный; но еще и накануне было это видно. Деньги ему нужны…
Я остановилась на лестнице, поджидая его. Он был так взволнован и нетерпелив, что без всякой предосторожности тотчас же…
— Папа! разве… ты не пойдешь вместе со мною? — спросила я прерывающимся голосом, думая о последней надежде…
— Нет… ты уже поди одна… а? Подожди, подожди! — закричал он, спохватившись, — подожди, вот я тебе…
Как будто ледяная рука сжала вдруг мое сердце. Я вскрикнула, оттолкнула его и бросилась наверх. Когда я вошла…
— Где деньги? — закричала вдруг матушка, разом догадавшись, что произошло что-нибудь необыкновенное. — Где деньги? говори! говори!…
Я молчала, опустя глаза в землю; я едва понимала, что со мною делается и что со мной делают.
— Где деньги? — закричала она опять, бросая меня и вдруг повернувшись к батюшке, который хватался за шляпу.…
И в один миг она бросилась к дверям, заперла их изнутри и взяла ключ к себе.
— Говори! признавайся! — начала она мне голосом, едва слышным от волнения, — признавайся во всем! Говори же,…
Она схватила мои руки и ломала их, допрашивая меня. Она была в исступлении. В это мгновение я поклялась…
Я очнулась, когда вдруг раздался стук в дверь нашей квартиры. Матушка отперла, и я увидела человека в ливрее,…
Появление лакея в богатой ливрее, назвавшего имя князя, своего господина, который посылал нарочного к бедному музыканту Ефимову, —…
Отец засуетился; его тоже поразила внимательность князя и Б. Он прямо обратился к матушке, что-то шепнул ей, и…
Батюшка вышел; мы остались одни. Я забилась в угол и долго молча смотрела на матушку. Я никогда не…
— Это я, это все я виновата, несчастная! — говорила она сама с собою. — Что ж с…
— Буду, буду, маменька! — говорила я, складывая руки и умоляя ее.
Она долго, крепко держала меня в объятиях, как будто трепеща одной мысли, что разлучится со мною. Сердце мое…
— Мамочка! мама! — сказала я, всхлипывая, — за что ты… за что ты не любишь папу? —…
Стенание вырвалось из груди ее. Потом, в новой, ужасной тоске, она стала ходить взад и вперед по комнате.
— Бедная, бедная моя! А я и не заметила, как она выросла; она знает, все знает! Боже мой!…
Потом она подходила ко мне и с безумною любовью целовала меня, целовала мои руки, обливала их слезами, умоляла…
Я лежала как будто в забытьи, но сон не смыкал глаз моих. Едва я заводила их, как тотчас…
Он было взялся за скрипку, но, тотчас же оставив ее, воротился и запер двери. Потом, заметив отворенный шкаф,…
Он что-то очень долго прислушивался, потом вдруг откинул одеяло с лица и начал ощупывать его рукою. Я вздрогнула.…
Кончив все приготовления, он снова подошел к шкафу и выпил остатки вина. Он весь дрожал, подходя к столу.…
Она спала глубоким сном!
Он как будто вздохнул свободнее, когда кончил свою работу. В этот раз уже ничто не мешало ему, но…
С минуту стоял он как потерянный. Наконец глаза его запрыгали и забегали по сторонам; он как будто искал…
— Папочка! — закричала я ему, — папочка!
Он задрожал как лист, когда услышал мой голос, и отступил на два шага.
— Ах! так еще ты осталась! Так еще не все кончилось! Так еще ты осталась со мной! —…
— Папочка! — закричала я снова, — не пугай меня, ради бога! мне страшно! ай!
Мой плач поразил его. Он тихо опустил меня на пол и с минуту безмолвно смотрел на меня, как…
— Папочка! — говорила я ему, терзаясь от страха, — не смотри так, папочка! Уйдем отсюда! уйдем скорее!…
— Да, убежим, убежим! пора! пойдем, Неточка! скорее, скорее! — И он засуетился, как будто только теперь догадался,…
Я мигом надела свое платье и, тоже торопясь, начала захватывать все, что мне казалось нужным для дороги.
— Все ли, все ли? — спрашивал отец, — все ли готово? скорей! скорей!
Я наскоро навязала узел, накинула на голову платок, и уже мы оба стали было выходить, когда мне вдруг…
— Вот, на, возьми это, береги, — прошептал он мне, — не теряй же, помни, помни!
Он мне положил сначала деньги в руку, потом взял их опять и сунул мне за пазуху. Помню, что…
— Неточка! — сказал он мне, как будто размышляя с усилием, — деточка моя, я позабыл… что такое?..…
Он подвел меня к углу, где был образ, и сказал, чтоб я стала на колени.
— Молись, дитя мое, помолись! тебе лучше будет!.. Да, право, будет лучше, — шептал он мне, указывая на…
Я бросилась на колени, сложила руки и, полная ужаса, отчаяния, которое уже совсем овладело мною, упала на пол…
— Папа, — сказала я, обливаясь слезами, — а мама?.. Что с мамой? где она? где моя мама?..
Я не могла продолжать и залилась слезами.
Он тоже со слезами смотрел на меня. Наконец он взял меня за руку, подвел к постели, разметал набросанную…
— Поклонись ей, дитя! — сказал он, — простись с нею…
Я поклонилась. Отец поклонился вместе со мною… Он был ужасно бледен; губы его двигались и что-то шептали.
— Это не я, Неточка, не я, — говорил он мне, указывая дрожащею рукою на труп. — Слышишь,…
— Папа, пойдем, — прошептала я в страхе. — Пора!
— Да, теперь пора, давно пора! — сказал он, схватив меня крепко за руку и торопясь выйти из…
Мы сошли с лестницы; полусонный дворник отворил нам ворота, подозрительно поглядывая на нас, и батюшка, словно боясь его…
Мы шли с четверть часа; наконец, он повернул по скату тротуара на самую канаву и сел на последней…
— Папочка! — начала я, не в силах будучи выдержать мучительной заботы своей, — папочка!
— Что такое? — сказал он сурово.
— Зачем мы, папочка, оставили там маму? Зачем мы бросили ее? — спросила я заплакав. — Папочка! воротимся…
— Да, да! — закричал он вдруг, встрепенувшись и приподымаясь с тумбы, как будто что-то новое пришло ему…
Я тотчас же пошла, но едва только взошла на тротуар, как вдруг будто что-то кольнуло меня в сердце……
— Папочка! папочка! — закричала я в последний раз, но вдруг поскользнулась на тротуаре и упала у ворот…
Очнулась я на теплой, мягкой постели и увидела возле себя приветливые, ласковые лица, которые с радостию встретили мое…
Он умер, потому что такая смерть его была необходимостью, естественным следствием всей его жизни. Он должен был так…
IV
Я выздоравливала медленно; но когда уже совсем встала с постели, ум мой все еще был в каком-то оцепенении,…
Я начала жадно присматриваться ко всему новому, так внезапно меня окружившему. Сначала мне все казалось странным и чудным,…
Из тех, кто изредка приходили навестить меня, когда я еще лежала больная, кроме старичка доктора, всего более поразило…
В одно утро меня одели в чистое, тонкое белье, надели на меня черное шерстяное платье, с белыми плерезами,…
Эти уединенные прогулки нравились мне более и более. К тому же была другая причина, по которой я убегала…
Старушка княжна одевалась вся в черное, всегда в платье из простой шерстяной материи, и носила накрахмаленные, собранные в…
Но я уж не знаю, чем кончилось потом это дело. Вот почему я рада была уходить вниз и…
Помню, я раз сидела в одной зале внизу. Я закрыла руками лицо, наклонила голову и так просидела не…
— Что с тобой, моя бедная?
Я подняла голову: это был князь; его лицо выражало глубокое участие и сострадание; но я поглядела на него…
— Бедная сиротка! — проговорил он, погладив меня по голове.
— Нет, нет, не сиротка! нет! — проговорила я, и стон вырвался из груди моей, и все поднялось…
— Нет, нет, не сиротка! нет!
— Дитя мое, что с тобой, моя милая, бедная Неточка? что с тобой?
— Где моя мама? где моя мама? — закричала я, громко рыдая, не в силах более скрывать тоску…
— Прости меня, дитя мое!.. Ах, бедная моя, я напомнил ей… Что я наделал! Поди, пойдем со мной,…
Он схватил меня за руку и быстро повел за собою. Он был потрясен до глубины души. Наконец мы…
Это была образная. Были сумерки. Лампады ярко сверкали своими огнями на золотых ризах и драгоценных каменьях образов. Из-под…
— Молись, дитя, помолись; будем оба молиться! — сказал он тихим, порывистым голосом.
Но молиться я не могла; я была поражена, даже испугана; я вспомнила слова отца в ту последнюю ночь,…
В одно утро чье-то знакомое имя раздалось в ушах моих. Я услышала имя С-ца. Кто-то из домашних произнес…
— Папа, папа! это ты! где ты? — закричала я, почти не помня себя.
Не знаю, как добежала я до высокого старика: мне давали дорогу, расступались передо мной. Я бросилась к нему…
V
Это был второй и последний период моей болезни.
Вновь открыв глаза, я увидела склонившееся надо мною лицо ребенка, девочки одних лет со мною, и первым движением…
Княжна позвала отца, который был в двух шагах и говорил с доктором.
— Ну, слава богу! слава богу, — сказал князь, взяв меня за руку, и лицо его засияло неподдельным…
Выздоровление мое пошло очень скоро. Через несколько дней я уже ходила. Каждое утро Катя подходила к моей постели,…
— Ну, выздоровела?
И так как я все еще была худа и бледна и улыбка как-то боязливо проглядывала на моем грустном…
— А ведь я ж тебе сказала вчера, чтоб ты была лучше! Что? тебе, верно, есть не дают?
— Да, мало, — отвечала я робко, потому что уже робела перед ней. Мне из всех сил хотелось…
Когда, бывало, Катя вбежит ко мне утром и с первого слова крикнет: «Не выздоровела? опять такая же худая!»,…
— Ну, так хочешь, я тебе сегодня пирог принесу? — сказала она мне однажды. — Кушай, от этого…
— Принеси, — отвечала я в восторге, что увижу ее еще раз.
Осведомившись о моем здоровье, княжна садилась обыкновенно против меня на стул и начинала рассматривать меня своими черными глазами.…
— Что ж ты молчишь? — начала Катя после некоторого молчания.
— Что делает папа? — спросила я, обрадовавшись, что есть фраза, с которой можно начинать разговор каждый раз.
— Ничего. Папе хорошо. Я сегодня выпила две чашки чаю, а не одну. А ты сколько?
— Одну.
Опять молчание.
— Сегодня Фальстаф меня хотел укусить.
— Это собака?
— Да, собака. Ты разве не видала?
— Нет, видела.
— А почему ж ты спросила?
И так как я не знала, что отвечать, то княжна опять посмотрела на меня с удивлением.
— Что? тебе весело, когда я с тобой говорю?
— Да, очень весело; приходи чаще.
— Мне так и сказали, что тебе будет весело, когда я буду к тебе приходить, да ты вставай…
— Так.
— Ты все думаешь, верно?
— Да, много думаю.
— А мне говорят, что я много говорю и мало думаю. Разве говорить худо?
— Нет. Я рада, когда ты говоришь.
— Гм, спрошу у мадам Леотар, она все знает. А о чем ты думаешь?
— Я о тебе думаю, — отвечала я помолчав.
— Это тебе весело?
— Да.
— Стало быть, ты меня любишь?
— Да.
— А я тебя еще не люблю. Ты такая худая! Вот я тебе пирог принесу. Ну, прощай!
И княжна, поцеловав меня почти на лету, исчезла из комнаты.
Но после обеда действительно явился пирог. Она вбежала как исступленная, хохоча от радости, что принесла-таки мне кушанье, которое…
— Ешь больше, ешь хорошенько, это мой пирог, я сама не ела. Ну, прощай! — И только я…
Другой раз она вдруг влетела ко мне, тоже не в урочный час, после обеда; черные локоны ее были…
— Ты умеешь в воланы играть? — закричала она запыхавшись, скороговоркой, торопясь куда-то.
— Нет, — отвечала я, ужасно жалея, что не могу сказать: да!
— Экая! Ну, выздоровеешь, выучу. Я только за тем. Я теперь играю с мадам Леотар. Прощай; меня ждут.
Наконец я совсем встала с постели, хотя все еще была слаба и бессильна. Первая идея моя была уж…
— Что ты? зачем ты меня целуешь?
Я смутилась, как виноватая, вздрогнула от ее быстрого вопроса и не отвечала ни слова, княжна вскинула плечиками, в…
Сначала я обвиняла себя и подумала, что во мне действительно очень много странного. Но хотя это было и…
Мадам Леотар, надзиравшая за нами, заметила наконец эту перемену в наших сношениях. И так как прежде всего я…
Но мадам Леотар не удовольствовалась таким ответом и заметила ей, что она меня оставляет одну, тогда как я…
Катя слушала мадам Леотар с большим вниманием, как будто действительно поняла что-то новое и справедливое в резонах ее.…
— Вы разве хотите играть?
— Нет, — отвечала я, испугавшись за себя и за Катю, когда ее бранила мадам Леотар.
— Чего ж вы хотите?
— Я посижу; мне тяжело бегать; а только вы не сердитесь на меня, Катя, потому что я вас…
— Ну, так я и буду играть одна, — тихо и с расстановкой отвечала Катя, как бы с…
— Прощайте, — отвечала я, привстав и подавая ей руку.
— Может быть, вы хотите поцеловаться? — спросила она, немного подумав, вероятно припомнив нашу недавнюю сцену и желая…
— Как вы хотите, — отвечала я с робкой надеждой.
Она подошла во мне и пресерьезно, не улыбнувшись, поцеловала меня. Таким образом кончив все, что от нее требовали,…
Так как я тоже могла наконец чем-нибудь заниматься, то мадам Леотар, проэкзаменовав меня в моих познаниях и найдя,…
Я не возражала, и мы в одно утро засели, вместе с Катей, за учебный стол. Случись же, что…
— Смотрите на нее, — сказала она, указывая на меня, — больной ребенок, учится в первый раз и…
— Она знает больше меня? — спросила в изумлении Катя. — Да она еще азбуку учит!
— Вы во сколько времени азбуку выучили?
— В три урока.
— А она в один. Стало быть, она втрое скорее вас понимает и мигом вас перегонит. Так ли?
Катя подумала немного и вдруг покраснела как полымя, уверясь, что замечание мадам Леотар справедливо. Покраснеть, сгореть от стыда…
Через час она вошла в ту комнату, где я сидела за книгой, все раздумывая о Кате, пораженная и…
— Вы умеете танцевать? — спросила Катя.
— Нет, не умею.
— А я умею.
Молчание.
— А на фортепиано играете?
— Тоже нет.
— А я играю. Этому очень трудно выучиться.
Я смолчала.
— Мадам Леотар говорит, что вы умнее меня.
— Мадам Леотар на вас рассердилась, — отвечала я.
— А разве папа будет тоже сердиться?
— Не знаю, — отвечала я.
Опять молчание; княжна в нетерпении била по полу своей маленькой ножкой.
— Так вы надо мной будете смеяться, оттого что лучше меня понимаете? — спросила она наконец, не выдержав…
— Ох, нет, нет! — закричала я и вскочила с места, чтоб броситься к ней и обнять ее.
— И вам не стыдно так думать и спрашивать об этом, княжна? — раздался вдруг голос мадам Леотар,…
Щеки княжны загорелись как зарево.
— Это дурное чувство. Вы ее обидели своими вопросами. Родители ее были бедные люди и не могли ей…
Княжна думала ровно два дня! Два дня не было слышно ее смеха и крика. Проснувшись ночью, я подслушала,…
— Неточка, за что меня бранили за вас? — спросила она наконец.
— Это не за меня, Катенька, — отвечала я, спеша оправдаться.
— А мадам Леотар говорит, что я вас обидела.
— Нет, Катенька, нет, вы меня не обидели.
Княжна вскинула плечиками в знак недоуменья.
— Отчего ж вы все плачете? — спросила она после некоторого молчания.
— Я не буду плакать, если вы хотите, — отвечала я сквозь слезы.
Она опять пожала плечами.
— Вы и прежде все плакали?
Я не отвечала.
— Зачем вы у нас живете? — спросила вдруг княжна помолчав.
Я посмотрела на нее в изумлении, и как будто что-то кольнуло мне в сердце.
— Оттого, что я сиротка, — ответила я наконец, собравшись с духом.
— У вас были папа и мама?
— Были.
— Что они, вас не любили?
— Нет… любили, — отвечала я через силу.
— Они были бедные?
— Да.
— Очень бедные?
— Да.
— Они вас ничему не учили?
— Читать учили.
— У вас были игрушки?
— Нет.
— Пирожное было?
— Нет.
— У вас было сколько комнат?
— Одна.
— Одна комната?
— Одна.
— А слуги были?
— Нет, не было слуг.
— А кто ж вам служил?
— Я сама покупать ходила.
Вопросы княжны все больше и больше растравляли мне сердце. И воспоминания, и мое одиночество, и удивление княжны —…
— Вы, стало быть, рады, что у нас живете?
Я молчала.
— У вас было платье хорошее?
— Нет.
— Дурное?
— Да.
— Я видела ваше платье, мне его показывали.
— Зачем же вы меня спрашиваете? — сказала я, вся задрожав от какого-то нового, неведомого для меня ощущения…
Княжна вспыхнула и тоже встала с места, но мигом преодолела свое волнение.
— Нет… я не смеюсь, — отвечала она. — Я только хотела знать, правда ли, что папа и…
— Зачем вы спрашиваете меня про папу и маму? — сказала я, заплакав от душевной боли. — Зачем…
Катя стояла в смущении и не знала, что отвечать. В эту минуту вошел князь.
— Что с тобой, Неточка? — спросил он, взглянув на меня и увидев мои слезы, — что с…
Но я не могла отвечать. Я схватила руку князя и со слезами целовала ее.
— Катя, не лги. Что здесь было?
Катя лгать не умела.
— Я сказала, что видела, какое у нее было дурное платье, когда еще она жила с папой и…
— Кто тебе показывал? Кто смел показать?
— Я сама видела, — отвечала Катя решительно.
— Ну, хорошо! Ты не скажешь на других, я тебя знаю. Что ж дальше?
— А она заплакала и сказала: зачем я смеюсь над папой и над мамой.
— Стало быть, ты смеялась над ними?
Хоть Катя и не смеялась, но, знать, в ней было такое намерение, когда я с первого разу так…
— Сейчас же подойдем к ней и проси у нее прощения, — сказал князь, указав на меня.
Княжна стояла бледная как платок и не двигаясь с места.
— Ну! — сказал князь.
— Я не хочу, — проговорила наконец Катя вполголоса и с самым решительным видом.
— Катя!
— Нет, не хочу, не хочу! — закричала она вдруг, засверкав глазками и затопав ногами. — Не хочу,…
— Пойдем со мной, — сказал князь, схватил ее за руку и повел к себе в кабинет. —…
Я хотела броситься к князю, хотела просить за Катю, но князь строго повторил свое приказание, и я пошла…
Я всеми силами обвиняла себя, всеми силами старалась доказать себе, что я во всем виновата. Тысячу раз хотела…
— Папа приказал, чтоб я у вас прощенья просила, — проговорила она, — вы меня простите?
Я быстро схватила Катю за обе руки и, задыхаясь от волнения, сказала:
— Да! да!
— Папа приказал поцеловаться с вами, — вы меня поцелуете?
В ответ я начала целовать ее руки, обливая их слезами. Взглянув на Катю, я увидала в ней какое-то…
— Пойду скажу папе, что я вас поцеловала и просила прощения, — сказала она потихоньку, как бы размышляя…
И, проговорив это, она робко и задумчиво сошла вниз, как будто еще не уверилась: каков будет прием отца.
Но через час наверху раздался крик, шум, смех, лай Фальстафа, что-то опрокинулось и разбилось, несколько книг полетело на…
Но ко мне она не подходила и видимо избегала разговоров со мною. Взамен того я имела честь в…
Но я почти не понимала, что со мной делается. Все во мне волновалось от какого-то нового, необъяснимого ощущения,…
Главным пороком княжны или, лучше сказать, главным началом ее характера, которое неудержимо старалось воплотиться в свою натуральную форму…
Катя очень скоро удовлетворила свои наблюдения надо мною и наконец решилась оставить меня в покое. Она сделала так,…
Раз, после обеда, когда мы обе сидели внизу, в большой зале, бульдог расположился среди комнаты и лениво наслаждался…
Минут через десять она выдумала новое обольщение, тотчас же вышла и воротилась с запасом кренделей, пирожков, — одним…
Она сидела вся в решительном волнении. Ее ножка била ковер, щечки краснели как зарево, а в глазах даже…
Может быть, в этот раз изумление подействовало на Фальстафа слишком сильно. Он пустил врага за черту и только…
Но влечение мое к ней уже не знало пределов. С этого дня, как я вытерпела за нее столько…
Помню, я иногда просыпалась ночью, вставала с постели и на цыпочках подходила к княжне. Я заглядывалась по целым…
Я была поражена переселением княжны и целую неделю провела в самом болезненном напряжении духа. Я мучилась тоскою, ломая…
Словом, маленький роман разрешался и приходил к концу. На третий день после возвращения Кати к нам наверх я…
— У вас башмак развязался, — сказала она мне, — давайте я завяжу.
Я было нагнулась сама, покраснев как вишня оттого, что наконец-то Катя заговорила со мной.
— Давай! — сказала она мне нетерпеливо и засмеявшись. Тут она нагнулась, взяла насильно мою ногу, поставила к…
— Вот и горло открыто, — сказала она, дотронувшись пальчиком до обнаженного тела на моей шее. — Да…
Я не противоречила. Она развязала мой шейный платочек и повязала по-своему.
— А то можно кашель нажить, — сказала она, прелукаво улыбнувшись и сверкнув на меня своими черными влажными…
Я была вне себя; я не знала, что со мной делается и что сделалось с Катей. Но, слава…
С Катей сделался нервный припадок. Княгиня была вне себя от испуга. Приехал доктор и не знал, что сказать.…
Во-первых, она все утро не слушалась мадам Леотар. Потом вдруг ей захотелось идти к старушке княжне. Против обыкновения,…
И вот проказница призналась, во-первых, что у нее было намерение приклеить к платью княжны визитную карточку; потом засадить…
Но проказница вырвалась-таки после обеда. Пробираясь вниз, сама я встретила ее уже на лестнице. Она приотворила дверь и…
Не было врага у старушки княжны непримиримее Фальстафа. Он не ласкался ни к кому, не любил никого, но…
Сначала Фальстаф был вне себя от оскорбления и целую неделю скреб лапами дверь, которою оканчивалась лестница, ведущая сверху…
Княгиня мало кого любила, но Фальстафа, после детей, более всех на свете, и вот почему. Однажды, лет шесть…
— Фальстаф! Фальстаф! — звала княжна, отворив дверь и приветливо заманивая Фальстафа к нам на лестницу.
В это время Фальстаф, почуяв, что дверь отворяют, уже приготовился скакнуть за свой Рубикон. Но призыв княжны показался…
Напор его был так силен, что встретившийся на его дороге стул, задетый им на лету, отскочил на сажень…
Послан был посол за княгиней.
В этот раз княгиня не расположена была прощать и миловать; но кого наказывать? Она догадалась с первого раза,…
— Ты виновата? — строго спросила княгиня.
Я видела смертельную бледность Кати и, ступив вперед, твердым голосом произнесла:
— Я пустила Фальстафа… нечаянно, — прибавила я, потому что вся моя храбрость исчезла перед грозным взглядом княгини.
— Мадам Леотар, накажите примерно! — сказала княгиня и вышла из комнаты.
Я взглянула на Катю: она стояла как ошеломленная; руки ее повисли по бокам; побледневшее личико глядело в землю.…
Через два часа после моего заключения мадам Леотар узнала, что приехала ее дочь из Москвы, вдруг заболела и…
В четыре часа ночи услышала я, что стучат и ломятся в мою комнату. Я спала, улегшись кое-как на…
Наутро все в доме узнали о моем приключении; даже княгиня сказала, что со мной поступили слишком строго. Что…
— Помилуйте, — начал он к мадам Леотар, — что вы делаете? Как вы поступили с бедным ребенком?…
Бедная мадам Леотар, со слезами на глазах, в смущении начала объяснять ему все дело, сказала, что она забыла…
— Жан-Жак Руссо, сударыня! Но Жан-Жак не мог говорить этого. Жан-Жак не авторитет. Жан-Жак Руссо не смел говорить…
— Жан-Жак Руссо! Жан-Жак дурной человек! Князь! Князь! что вы говорите.
И мадам Леотар вся вспыхнула.
Мадам Леотар была чудесная женщина и прежде всего не любила обижаться; но затронуть кого-нибудь из любимцев ее, потревожить…
— Вы забываетесь, князь! — проговорила она наконец вне себя от волнения.
Князь тотчас же спохватился и попросил прощения, потом подошел ко мне, поцеловал меня с глубоким чувством, перекрестил и…
— Pauvre рrince! — сказала мадам Леотар, расчувствовавшись в свою очередь. Потом мы сели за классный стол. Но…
— Что? насиделась вчера за меня? После обеда пойдем играть в залу.
Кто-то прошел мимо нас, и княжна мигом отвернулась от меня.
После обеда, в сумерки, мы обе сошли вниз в большую залу, схватившись за руки. Княжна была в глубоком…
— Хочешь в мяч играть? — сказала она мне. — Становись здесь!
Она поставила меня в одном углу залы, но сама, вместо того чтоб отойти и бросить мне мяч, остановилась…
— Не ходи, Неточка, побудь со мной, — сказала она, — это сейчас пройдет.
Но мигом она вскочила с места и, вся раскрасневшись, вся в слезах, бросилась мне на шею. Щеки ее…
Но в соседней комнате раздался голос. Звали Катю к княгине.
— Ах, Неточка! Ну! до вечера, до ночи! Ступай теперь наверх, жди меня.
Она поцеловала меня последний раз тихо, неслышно, крепко и бросилась от меня на зов Насти. Я прибежала наверх…
— Скорее, скорее, Настя! — бормотала Катя.
— Что это вы, княжна, верно, бежали по лестнице, что у вас так сердце колотится?.. — спросила Настя.
— Ах, боже мой, Настя! какая скучная! Скорее, скорее! — И княжна в досаде ударила ножкой об пол.
— Ух, какое сердечко! — сказала Настя, поцеловав ножку княжны, которую разувала.
Наконец все было кончено, княжна легла, и Настя вышла из комнаты. Вмиг Катя вскочила с постели и бросилась…
— Пойдем ко мне, ложись ко мне! — заговорила она, подняв меня с постели. Мгновенье спустя я была…
— А ведь я помню, как ты меня ночью целовала! — сказала она, покраснев как мак.
Я рыдала.
— Неточка! — прошептала Катя сквозь слезы, — ангел ты мой, я ведь тебя так давно, так давно…
— Когда?
— Как папа приказал у тебя прощения просить, тогда как ты за своего папу заступилась, Неточка… Си-ро-точка ты…
— Ах, Катя!
— Ну, что? ну, что?
— Зачем мы так долго… так долго… — и я не договорила.
Мы обнялись и минуты три не говорили ни слова.
— Послушай, ты что, думала про меня? — спросила княжна.
— Ах, как много думала, Катя! все думала, и день и ночь думала.
— И ночью про меня говорила, я слышала.
— Неужели?
— Плакала сколько раз.
— Видишь! Что ж ты все была такая гордая?
— Я ведь была глупа, Неточка. Это на меня так придет, и кончено. Я все зла была на…
— За что?
— За то, что сама дурная была. Прежде за то, что ты лучше меня; потом за то, что…
— Ах, да! — отвечала я со слезами, вспомнив про князя.
— Хороший человек, — серьезно сказала Катя, — да что мне с ним делать? он все такой… Ну,…
— А я-то видела, а я-то видела, что ты плакать хотела.
— Ну, молчи ты, дурочка, плакса такая сама! — крикнула на меня Катя, зажав мне рот рукою. —…
— За что же?
— Да уж я сердита на тебя была. Не знаю за что! А потом я и увидела, что…
— Ах, Катя!
— Душка моя! — сказала Катя, целуя мне руку. — Ну, а потом я с тобой говорить не…
— Ах ты, бесстрашная!
— Как я тру…си…ла-то, — протянула княжна. — Ты знаешь ли, почему я к нему пошла?
— Почему?
— Да ты смотрела. Когда увидела, что ты смотришь… ах! будь что будет, да и пошла. Испугала я…
— Ужасть!
— Я видела. А уж я-то как рада была, что Фальстафка ушел! Господи, как я трусила потом, как…
И княжна захохотала нервическим смехом; потом вдруг приподняла свою горячую голову и начала пристально глядеть на меня. Слезинки,…
— Ну, что в тебе есть, что я тебя так полюбила? Ишь, бледненькая, волосы белокуренькие, сама глупенькая, плакса…
И Катя нагнулась опять без счету целовать меня. Несколько капель ее слез упали на мои щеки. Она была…
— Ведь как любила-то тебя, а все думаю — нет да нет! не скажу ей! И ведь как…
— Катя! больно мне как! — сказала я, вся в исступлении от радости. — Душу ломит!
— Да, Неточка! Слушай дальше… да, слушай, кто тебя Неточкой прозвал?
— Мама.
— Ты мне все про маму расскажешь?
— Все, все, — отвечала я с восторгом.
— А куда ты два платка мои дела, с кружевами? а ленту зачем унесла? Ах ты, бесстыдница! Я…
Я засмеялась и покраснела до слез.
— Нет, думаю: помучу ее, подождет. А иной раз думаю: да я ее вовсе не люблю, я ее…
— Ну, что ты, Катя! — отвечала я, чуть не обидевшись.
— Нет, ты умна, — сказала Катя решительно и серьезно, — это я знаю. Только раз я утром…
— Да за что ж ты меня все любить не хотела?
— Так… да что я говорю! ведь я тебя все любила! все любила! Уж потом и терпеть не…
И княжна ущипнула меня.
— А помнишь, я тебе башмак подвязывала?
— Помню.
— Помню; хорошо тебе было? Смотрю я на тебя: экая милочка, думаю: дай я ей башмак подвяжу, что…
Пустая комната называлась «темницей».
— А ты струсила?
— Ужас как струсила.
— Да не тому еще рада, что ты на себя сказала, а рада тому была, что ты за…
— А я-то вот и не плакала, нарочно рада была.
— Не плакала? ах ты злая! — закричала княжна, всасываясь в меня своими губками.
— Катя, Катя! Боже мой, какая ты хорошенькая!
— Не правда ли? Ну, теперь что хочешь со мной, то и делай! Тирань меня, щипли меня! Пожалуйста,…
— Шалунья!
— Ну, еще что?
— Дурочка…
— А еще?
— А еще поцелуй меня.
И мы целовались, плакали, хохотали; у нас губы распухли от поцелуев.
— Неточка! во-первых, ты всегда будешь ко мне спать приходить. Ты целоваться любишь? И целоваться будем. Потом я…
— Все расскажу; но мне теперь не скучно, а весело!
— Нет, уж будут у тебя румяные щеки, как у меня! Ах, кабы завтра поскорей пришло! Тебе хочется…
— Нет.
— Ну, так давай говорить.
И часа два мы еще проболтали. Бог знает, чего мы не переговорили. Во-первых, княжна сообщила мне все свои…
Весь день мы не знали, что делать друг с другом от радости. Мы все прятались и бегали от…
— Злая, злая ты этакая! Для чего ты мне раньше всего не сказала? Я бы тебя так любила,…
— Больно. Я так боялась их!
— Ух, злые! Знаешь, Неточка, я сама видела, как один мальчик другого на улице бил. Завтра я тихонько…
Глазки ее сверкали от негодования.
Мы пугались, когда кто-нибудь входил. Мы боялись, чтоб нас не застали, когда мы целуемся. А целовались мы в…
Мадам Леотар должна была доносить о каждом движении княжны. Она наблюдала за нами целые три дня, и в…
— Я давно это думала, — отвечала княгиня, — уж я знала, что эта странная сиротка наделает нам…
— Без памяти.
Княгиня покраснела от досады. Она уже ревновала ко мне свою дочь.
— Это ненатурально, — сказала она. — Прежде они были так чужды друг другу, и, признаюсь, я этому…
Мадам Леотар вздумала было за меня заступиться, но княгиня уже решила нашу разлуку. Тотчас прислали за Катей и…
Я узнала про все поздно вечером и была поражена ужасом; я думала о Кате, и мне казалось, что…
На третий день, утром, Настя принесла мне записку от Кати. Катя писала карандашом, страшными каракулями, следующее:
«Я тебя очень люблю. Сижу с maman и все думаю, как к тебе убежать. Но я убегу —…
Я отвечала в этом же роде. Весь день проплакала я над запиской Кати. Мадам Леотар замучила меня своими…
Наутро Настя шепнула мне:
— Ступайте в кабинет к его сиятельству. Спуститесь по лестнице, которая справа.
Все во мне оживилось предчувствием. Задыхаясь от ожидания, я сбежала вниз и отворила дверь в кабинет. Ее не…
— Папа́, какой ты хороший человек, папа́!
— Шалуньи вы! что с вами сделалось? что за дружба? что за любовь?
— Молчи, пап`а, ты наших дел не знаешь.
И мы снова бросились в объятия друг к другу.
Я начала рассматривать ее ближе. Она похудела в три дня. Румянец слинял с ее личика, и бледность прокрадывалась…
Наконец постучалась Настя. Знак, что схватились Кати и спрашивают. Катя побледнела как смерть.
— Полно, дети. Мы каждый день будем сходиться. Прощайте, и да благословит вас господь! — сказал князь.
Он был растроган, на нас глядя; но рассчитал очень худо. Вечером из Москвы пришло известие, что маленький Саша…
— Прощай, Неточка! — сказала она мне, вдруг засмеявшись, с неизъяснимым движением в лице. — Ты не смотри…
— Довольно, — сказала княгиня спокойно, — едем!
Но княжна воротилась еще раз. Она судорожно сжала меня в объятиях.
— Жизнь моя! — успела она прошептать, обнимая меня. — До свиданья!
Мы поцеловались в последний раз, и княжна исчезла — надолго, очень надолго. Прошло восемь лет до нашего свиданья!
Я нарочно рассказала так подробно этот эпизод моего детства, первого появления Кати в моей жизни. Но наши истории…
Но — несколько слов о том, что сталось со мною по отъезде княжеского семейства в Москву.
Мы остались с мадам Леотар.
Через две недели приехал нарочный и объявил, что поездка в Петербург отлагается на неопределенное время. Так как мадам…
Я еще ничего не сказала про Александру Михайловну, да и видела я ее всего один раз. Она была…
Помню, она приехала к мадам Леотар, подошла ко мне и с глубоким чувством поцеловала меня. С ней был…
И вот вечером я вошла в другую семью, в другой дом, к новым людям, в другой раз оторвав…
VI
Новая жизнь моя пошла так безмятежно и тихо, как будто я поселилась среди затворников… Я прожила у моих…
Она привязана была ко мне всей душой, полюбила меня, как родное дитя свое, и я, еще с неостывшими…
Характер ее был робок, слаб. Смотря на ясные, спокойные черты лица ее, нельзя было предположить с первого раза,…
Муж Александры Михайловны с первого раза произвел на меня угрюмое впечатление. Это впечатление зародилось в детстве и уже…
Но так как подобные сцены с мужем были очень редки; так как жизнь наша была очень однообразна и…
Черты лица ее никогда не изгладятся из моей памяти. Они были правильны, а худоба и бледность, казалось, еще…
С первых дней моих в этом доме я увидела, что она даже обрадовалась мне в своем уединении. Тогда…
День начинался тем, что мы обе сходились в детской у ее ребенка, будили его, одевали, убирали, кормили его,…
Наконец мне минуло тринадцать лет. Между тем здоровье Александры Михайловны становилось все хуже и хуже. Она делалась раздражительнее,…
И вот в это время судьба внезапно и неожиданно повернула мою жизнь чрезвычайно странным образом. Мое внимание, мои…
Из столовой было три выхода: один в большие комнаты, другой в мою и в детские, а третий вел…
Я начала читать с жадностью, и скоро чтение увлекло меня совершенно. Все новые потребности мои, все недавние стремления,…
И такая жизнь, жизнь фантазии, жизнь резкого отчуждения от всего меня окружавшего, могла продолжаться целые три года!
Эта жизнь была моя тайна, и после целых трех лет я еще не знала, бояться ли мне ее…
Но и в такое время иногда минута была вне нашей власти. Чтение, несколько симпатичных слов, перемолвленных между нами,…
Однажды вечером, перед сумерками, я рассеянно читала книгу в кабинете Александры Михайловны. Она сидела за фортепьяно, импровизируя на…
— Аннета! да у тебя чудный голос, — сказала она. — Боже мой! Как же это я не…
— Я сама только сейчас заметила, — отвечала я вне себя от радости.
— Да благословит же тебя бог, мое милое, бесценное дитя! Благодари его за этот дар. Кто знает… Ах,…
Она была так растрогана неожиданностью, в таком исступлении от радости, что не знала, что мне сказать, как приголубить…
Теперь я расскажу одно странное приключение, имевшее на меня слишком сильное влияние и резким переломом начавшее во мне…
VII
Я вошла в библиотеку (это будет навсегда памятная для меня минута) и взяла роман Вальтера Скотта «Сен-Ронанские воды»,…
Припоминаю, что я именно закрыла книгу, чтоб потом раскрыть наудачу и, загадав о моем будущем, прочесть выпавшую мне…
Вот это письмо; я привожу его здесь. Смутно поняла я, что в нем было, и потом долго не…
Это письмо было прощальное, последнее, страшное; когда я прочла его, то почувствовала такое болезненное сжатие сердца, как будто…
«Ты не забудешь меня, ты сказала — я верю, и вот отныне вся жизнь моя в этих словах…
Но ты видишь, я все пишу о себе, даже теперь, в эту минуту страшного бедствия, я только об…
И вот эта-то мысль меня мучит; она стучит у меня в голове беспрерывно и терзает и язвит мое…
Прощай же, прощай! Теперь, когда все открылось, когда раздались их крики, их пересуды (я слышал их!), когда я…
Боже, какой они подняли крик! Как мне страшно теперь за тебя! Я только что встретил твоего мужа: мы…
Я не помню себя, я не знаю, что пишу тебе. О чем я говорил тебе вчера при прощанье?…
Мне еще что-то хотелось сказать тебе… Ох! еще бы только раз облить твои руки слезами, как теперь я…
Прощай, прощай! Я не благодарю тебя! Прощай навсегда!
С. О.».
Смущение мое было так велико, что я долгое время не могла понять, что со мной сделалось. Я была…
Потом, помню, приходили другие минуты, с новыми, странными, доселе не испытанными мною впечатлениями. Я чувствовала, как будто что-то…
Прошло несколько дней, пока я могла прийти в себя и яснее осмыслить свое положение. В это время мы…
Потом перебирала я в уме эти фразы, эти последние крики страшного прощания. Я представляла себе этого человека —…
Я была почти совсем больна, когда, в один день, на нашем дворе загремел экипаж Петра Александровича, воротившегося из…
Прошло несколько дней. В комнате, которая была рядом с моею, где прежде помещался письмоводитель Петра Александровича, работал теперь…
Я еще в детстве не любила его взгляда по непонятному, странному предубеждению, но как будто это предубеждение теперь…
— Что вы тут делаете? — спросил он строгим голосом. — Зачем вы здесь?
Я не знала, что отвечать. Немного оправившись, я передала ему кое-как приглашение Александры Михайловны. Не помню, что он…
— Но что с тобой, Неточка? — спросила она. — Ты вся раскраснелась; посмотри на себя. Что с…
— Я не знаю… я скоро шла… — отвечала я.
— Тебе что же сказал Петр Александрович? — перебила она с смущением.
Я не отвечала. В это время послышались шаги Петра Александровича, и я тотчас же вышла из комнаты. Я…
Александра Михайловна рассеянно подошла к фортепьяно.
— Спойте нам что-нибудь, — сказал Б., обращаясь ко мне.
— Да, Аннета, спой твою новую арию, — подхватила Александра Михайловна, как будто обрадовавшись предлогу. Я взглянула на…
Но я не умела преодолеть себя. Вместо того, чтоб подойти к фортепьяно и пропеть хоть как-нибудь, я смутилась,…
— Отчего же ты не хочешь петь? — сказала Александра Михайловна, значительно взглянув на меня и, в то…
Эти два взгляда вывели меня из терпения. Я встала из-за стола в крайнем замешательстве, но, уже не скрывая…
Б. был удивлен, Александра Михайловна была в приметной тоске и не говорила ни слова. Но Петр Александрович вдруг…
— Что с вами, наконец, такое? — спросил Б. — По лицу вы в самом деле больны.
— Да, я нездорова, очень нездорова, — отвечала я с нетерпением.
— Действительно, ты бледна, а давеча была такая красная, — заметила Александра Михайловна и вдруг остановилась.
— Полноте! — сказала я, прямо подходя к ней и пристально посмотрев ей в глаза. Бедная не выдержала…
— Мы все дети, — сказала она с робкой улыбкой, — да и я ребенок, хуже, гораздо хуже…
— За что? — спросила я, — так поразило меня такое наивное признание.
— За что? — повторила она в ужасном смущении, даже как будто испугавшись за себя, — за что?…
— Ну, довольно, — отвечала я, вся растроганная, не зная, что ей сказать. Поцеловав ее еще раз, я…
Мне было ужасно досадно и грустно. К тому же я злилась на себя, чувствуя, что я неосторожна и…
Именно такая минута посетила меня и в этот раз, когда я в десять часов воротилась с урока домой.…
Я готова была плакать с досады и не могла понять, что это такое делалось. Все утро я была…
Но мне стало так грустно от ее внимания, так тяжело от ее ласок, так мучительно было смотреть на…
Легче, потому что я решилась идти к ней. Я решилась броситься перед ней на колени, отдать ей письмо,…
Вот что случилось: я уже была за две комнаты до ее кабинета, когда из боковых дверей вышел Петр…
Он на минуту остановился перед зеркалом, поправил волосы, и, к величайшему изумлению, я вдруг услышала, что он напевает…
И тогда, как и теперь, он думал, что он один, и остановился перед этим же зеркалом. Как и…
Вошел Петр Александрович.
Я взглянула на него мельком: он смотрел так, как будто между нами ничего не случилось, то есть был…
Среди глубокого молчания я подняла глаза и встретила очки Петра Александровича, направленные прямо на меня. Это было так…
— Что с вами? Отчего вы покраснели? — раздался резкий и грубый голос Петра Александровича.
Я молчала; сердце мое колотилось так, что я не могла вымолвить слова.
— Отчего она покраснела? Отчего она все краснеет? — спросил он, обращаясь к Александре Михайловне, нагло указывая ей…
Негодование захватило мне дух. Я бросила умоляющий взгляд на Александру Михайловну. Она поняла меня. Бледные щеки ее вспыхнули.
— Аннета, — сказала она мне твердым голосом, которого я никак не ожидала от нее, — поди к…
— Я вас спрашиваю, слышали ли меня или нет? — прервал Петр Александрович, еще более возвышая голос и…
— Оттого, что вы заставляете ее краснеть и меня также, — отвечала Александра Михайловна прерывающимся от волнения голосом.
Я с удивлением взглянула на Александру Михайловну. Пылкость ее возражения с первого раза была мне совсем непонятна.
— Я заставляю вас краснеть, я? — отвечал ей Петр Александрович, казалось тоже вне себя от изумления и…
Эта фраза была так понятна для меня, сказана с такой ожесточенной, язвительной насмешкой, что я вскрикнула от ужаса…
— Аннета, идите к себе, — повторила Александра Михайловна слабым, но твердым голосом, встав со стула, — мне…
Она была, по-видимому, спокойна; но за это спокойствие я боялась больше, чем за всякое волнение. Я как будто…
— Вот что вы наделали, сударыня! — проговорил Петр Александрович, взяв меня за руки и указав на жену.
Боже мой! Я никогда не видала такого отчаяния, которое прочла теперь на этом убитом, помертвевшем лице. Он взял…
— Ради бога! ради бога! — проговорила я прерывающимся голосом, — пощадите!
— Не бойтесь, не бойтесь! — сказал он, как-то странно смотря на меня, — это ничего, это припадок.…
Войдя в свою комнату, я бросилась на диван и закрыла руками лицо. Целые три часа пробыла я в…
Но на другой день я, к горестному изумлению, заметила какую-то необъяснимую холодность в Александре Михайловне. Сначала мне показалось,…
— Ничего, Неточка; только знаешь что: когда ты меня так быстро спросила, я немного смутилась. Это оттого, что…
— Нет, — отвечала я, посмотрев на нее ясными глазами.
— Ну, вот и хорошо! Если б ты знала, друг мой, как я тебе благодарна за этот прекрасный…
Я обняла ее и заплакала.
— О, благодарю, благодарю вас за все! — сказала я, обливая ее руки слезами. — Не говорите мне…
— Полно, Неточка, полно! Обними меня лучше; так, крепче, крепче! Знаешь что? Бог знает отчего мне кажется, что…
— Нет, нет, — говорила я, разрыдавшись, как ребенок, — нет, этого не будет! Вы будете счастливы!.. Еще…
— Спасибо тебе, спасибо, что ты так любишь меня. Теперь около меня мало людей; меня все оставили!
— Кто же оставили? кто они?
— Прежде были и другие кругом меня; ты не знаешь, Неточка. Они меня все оставили, все ушли, точно…
Лицо ее было бледно и худо; на каждой щеке горело зловещее, кровавое пятно; губы ее дрожали и запеклись…
Она подошла к фортепьяно и взяла несколько аккордов; в это мгновение с треском лопнула струна и заныла в…
— Слышишь, Неточка, слышишь? — сказала она вдруг каким-то вдохновенным голосом, указывая на фортепьяно. — Эту струну слишком,…
Она говорила с трудом. Глухая душевная боль отразилась на лице ее, и глаза ее наполнились слезами.
— Ну, полно об этом, Неточка, друг мой; довольно; приведи детей.
Я привела их. Она как будто отдохнула, на них глядя, и через час отпустила их.
— Когда я умру, ты не оставишь их, Аннета? Да? — сказала она мне шепотом, как будто боясь,…
— Полноте, вы убьете меня! — могла только я проговорить ей в ответ.
— Я ведь шутила, — сказала она, помолчав и улыбнувшись. — А ты и поверила? Я ведь иногда…
Тут она робко посмотрела на меня, как будто боясь что-то выговорить. Я ожидала.
— Смотри не пугай его, — проговорила она наконец, потупив глаза, с легкой краской в лице и так…
— Кого? — спросила я с удивлением.
— Мужа. Ты, пожалуй, расскажешь ему все потихоньку.
— Зачем же, зачем? — повторяла я все более и более в удивлении.
— Ну, может быть, и не расскажешь, как знать! — отвечала она, стараясь как можно хитрее взглянуть на…
Сердце мое сжималось все больнее и больнее.
— Только послушай, ты их будешь любить, когда я умру, — да? — прибавила она серьезно и опять…
— Да, да, — отвечала я, не зная, что говорю, и задыхаясь от слез и смущения.
Горячий поцелуй зажегся на руке моей, прежде чем я успела отнять ее. Изумление сковало мне язык.
«Что с ней? что она думает? что вчера у них было такое?» — пронеслось в моей голове.
Через минуту она стала жаловаться на усталость.
— Я уже давно больна, только не хотела пугать вас обоих, — сказала она. — Ведь вы меня…
Я дала слово; но рада была уйти. Я не могла более вынести.
Бедная, бедная! Какое подозрение провожает тебя в могилу? — восклицала я рыдая, — какое новое горе язвит и…
Вечером, в сумерки, я, воспользовавшись отсутствием Оврова (приезжего из Москвы), прошла в библиотеку, отперла шкаф и начала рыться…
Я держала в руках письмо и развернутую книгу; лицо мое было омочено слезами. Вдруг я вздрогнула от испуга:…
Мгновение спустя я бросилась к нему, почти не помня себя, и вырвала письмо из рук его. Все это…
Мы с полминуты смотрели друг на друга молча. Я еще содрогалась от испуга; он — бледный, с дрожащими,…
— Довольно! — сказал он слабым от волнения голосом. — Вы, верно, не хотите, чтоб я употребил силу;…
Только теперь я одумалась, и оскорбление, стыд, негодование против грубого насилия захватили мне дух. Горячие слезы потекли по…
— Вы слышали? — сказал он, подойдя во мне на два шага…
— Оставьте меня, оставьте! — закричала я, отодвигаясь от него. — Вы поступили низко, неблагородно. Вы забылись!.. Пропустите…
— Как? что это значит? И вы еще смеете принимать такой тон… после того, что вы… Отдайте, говорю…
Он еще раз шагнул ко мне, но, взглянув на меня, увидел в глазах моих столько решимости, что остановился,…
— Хорошо! — сказал он наконец сухо, как будто остановившись на одном решении, но все еще через силу…
Тут он осмотрелся кругом.
— Вы… кто вас пустил в библиотеку? почему этот шкаф отворен? где взяли ключ?
— Я не буду вам отвечать, — сказала я, — я не могу с вами говорить. Пустите меня,…
Я пошла к дверям.
— Позвольте, — сказал он, остановив меня за руку, — вы так не уйдете!
Я молча вырвала у него свою руку и снова сделала движение к дверям.
— Хорошо же. Но я не могу вам позволить, в самом деле, получать письма от ваших любовников, в…
Я вскрикнула от испуга и взглянула на него как потерянная…
— И потому…
— Остановитесь! — закричала я. — Как вы можете? как вы могли мне сказать?.. Боже мой! боже мой!..
— Что? что! вы еще угрожаете мне?
Но я смотрела на него бледная, убитая отчаянием. Сцена между нами дошла до последней степени ожесточения, которого я…
— Не доводите меня до крайности, — прошептала я в ужасе.
— Нет-с, это нужно кончить! — сказал он наконец, как будто одумавшись. — Признаюсь вам, я было колебался…
По мере того как он говорил, его лицо все более и более искажалось от злобы. Он бледнел; губы…
«Что с нею будет? — мелькнуло в моей голове. — Это письмо!.. Нет, лучше всё на свете, чем…
— Куда хотите пойдемте, — только не здесь, не здесь! — шепнула я, схватив его руку. — Пощадите…
— Это вы убьете ее! — отвечал он, отстраняя меня.
Все надежды мои исчезли. Я чувствовала, что ему именно хотелось перенесть всю сцену к Александре Михайловне.
— Ради бога! — говорила я, удерживая его всеми силами.
Но в это мгновение поднялась портьера, и Александра Михайловна очутилась перед нами. Она смотрела на нас в удивлении.…
— Кто здесь? о чем вы здесь говорили? — спросила она, смотря на нас в крайнем изумлении.
Несколько мгновений длилось молчание, и она побледнела как полотно. Я бросилась к ней, крепко обняла ее и увлекла…
— Что с тобою, что с вами? — спросила в другой раз Александра Михайловна.
— Спросите ее. Вы еще вчера так ее защищали, — сказал Петр Александрович, тяжело опускаясь в кресла.
Я все крепче и крепче сжимала ее в своих объятиях.
— Но, боже мой, что ж это такое? — проговорила Александра Михайловна в страшном испуге. — Вы так…
— Нет, позвольте мне сперва, — сказал Петр Александрович, подходя к нам, взяв меня за руку и оттащив…
— Боже мой! что ж это будет? — проговорила Александра Михайловна, в глубокой тоске перенося свой взгляд поочередно…
— Одним словом, — продолжал Петр Александрович, — я хотел, чтоб вы рассудили вместе со мною. Вы всегда…
— О, вы этого не сделаете! нет, вы не скажете этого! — вскрикнула Александра Михайловна, вся в волнении,…
— Одним словом, вы ревновали меня к ней, — сказал Петр Александрович, без жалости бросив эти слова в…
— Бог вам простит! — проговорила она наконец слабым голосом. — Прости меня за него, Неточка, прости; я…
— Но это тиранство, бесстыдство, низость! — закричала я в исступлении, поняв, наконец, все, поняв, зачем ему хотелось…
— Аннета! — закричала Александра Михайловна, в ужасе схватив меня за руки.
— Комедия! комедия, и больше ничего! — проговорил Петр Александрович, подступая к нам в неизобразимом волнении. — Комедия,…
— Боже! что с вами? Вы забылись! — проговорила Александра Михайловна, остолбенев, помертвев от испуга.
— Пожалуйста, без громких слов! — презрительно перебил Петр Александрович. — Я не люблю этого. Здесь дело простое,…
Но я не дала ему договорить и, схватив его за руки, с силою оттащила в сторону. Еще минута…
— Не говорите о письме! — сказала я быстро, шепотом. — Вы убьете ее на месте. Упрек мне…
Он пристально, с диким любопытством посмотрел на меня — и смешался; кровь выступила ему на лицо.
— Я все знаю, все! — повторила я.
Он еще колебался. На губах его шевелился вопрос. Я предупредила:
— Вот что было, — сказала я вслух, наскоро, обращаясь к Александре Михайловне, которая глядела на нас в…
— О-го, как бойко! — прошептал подле меня Петр Александрович.
Александра Михайловна выслушала меня с глубоким вниманием; но в лице ее видимо отражалась недоверчивость. Она попеременно взглядывала то…
— Неточка, дитя мое, я знаю, ты не умеешь лгать, — проговорила она. -. Это все, что случилось,…
— Все, — отвечала я.
— Все ли? — спросила она, обращаясь к мужу.
— Да, все, — отвечал он с усилием, — все!
Я отдохнула.
— Ты даешь мне слово, Неточка?
— Да, — отвечала я не запинаясь.
Но я не утерпела и взглянула на Петра Александровича. Он смеялся, выслушав, как я дала слово. Я вспыхнула,…
— Довольно, — сказала она грустно. — Я вам верю. Я не могу вам не верить.
— Я думаю, что такого признания достаточно, — проговорил Петр Александрович. — Вы слыхали? Что прикажете думать?
Александра Михайловна не отвечала. Сцена становилась все тягостнее и тягостнее.
— Я завтра же пересмотрю все книги, — продолжал Петр Александрович. — Я не знаю, что там еще…
— А какую книгу читала она? — спросила Александра Михайловна.
— Книгу? Отвечайте вы, — сказал он, обращаясь ко мне. — Вы умеете лучше меня объяснять дело, —…
Я смутилась и не могла выговорить ни слова. Александра Михайловна покраснела и опустила глаза. Наступила долгая пауза. Петр…
— Я не знаю, что между вами было, — начала наконец Александра Михайловна, робко выговаривая каждое слово, —…
Сказав это, она робко и краснея взглянула на мужа и с тоскою ожидала слов его. По мере того…
— Мне жаль вас, бедная женщина! — сказал он наконец горько и серьезно, перестав смеяться. — Вы взяли…
Александра Михайловна плакала.
— Ну, пусть я несу это, пусть это мне! — проговорила она наконец, рыдая и обнимая меня, —…
— Полноте, полноте! — шептала я, стараясь утишить ее волнение, боясь, чтоб жестокие укоры не вывели его из…
— Но, слепая женщина! — закричал он, — но вы не знаете, вы не видите…
Он остановился на минуту.
— Прочь от нее! — сказал он, обращаясь ко мне и вырывая мою руку из рук Александры Михайловны.…
— Молчите! — закричала я, бросаясь вперед, — молчите, ни слова!
— Слушайте…
— Молчите во имя.
— Во имя чего, сударыня? — перебил он, быстро и пронзительно взглянув мне в глаза, — во имя…
Я едва устояла на месте. Александра Михайловна побледнела как смерть.
— Этого быть не может, — прошептала она едва слышным голосом.
— Я видел это письмо, сударыня; оно было в руках моих; я прочел первые строки и не ошибся:…
— Неточка! — закричала Александра Михайловна, бросаясь ко мне. — Но нет, не говори, не говори! Я не…
И она зарыдала, закрыв лицо руками.
— Но нет! этого быть не может! — закричала она опять. — Вы ошиблись. Это… это я знаю,…
— Отвечайте, отвечайте скорее! — послышался надо мною голос Петра Александровича. — Отвечайте: видел или нет я письмо…
— Да! — отвечала я, задыхаясь от волнения.
— Это письмо от вашего любовника?
— Да! — отвечала я.
— С которым вы и теперь имеете связь?
— Да, да, да! — говорила я, уже не помня себя, отвечая утвердительно на все вопросы, чтоб добиться…
— Вы слышали ее. Ну, что вы теперь скажете? Поверьте, доброе, слишком доверчивое сердце, — прибавил он, взяв…
— Остановитесь! — сказала Александра Михайловна, приподымаясь со стула. — Я не верю всей этой сцене. Не смотрите…
— Сударыня! — закричал Петр Александрович в изумлении, — сударыня! удержитесь! не забывайте!..
— Я ничего не забываю. Не прерывайте же меня и дайте мне досказать. Вы видели в ее руках…
— Но мне остается бежать, прощения просить у нее. Этого ли вы хотели? — закричал Петр Александрович. —…
— И самого первого дела не видите, потому что гнев и гордость мешают вам видеть. Вы не видите…
— Да, пощадите, пощадите меня! — закричала я, сжимая ее в объятиях. — Пощадите, верьте, не отталкивайте меня…
Я упала перед нею на колени.
— Если, наконец, — продолжала она задыхающимся голосом, — если б, наконец, не было меня подле нее, и…
Глаза ее сверкали; грудь волновалась; болезненное напряжение ее дошло до последнего кризиса.
— Так довольно же я слушал, сударыня! — закричал наконец Петр Александрович, — довольно этого! Я знаю, что…
Я взглянула на Александру Михайловну. Она судорожно опиралась на меня, изнемогая от душевной скорби, полузакрыв глаза, в неистощимой…
— О, ради бога, хоть в этот раз пощадите ее! Не выговаривайте последнего слова, — закричала я, бросаясь…
— Кончено! вы убили ее! — сказала я. — Зовите людей, спасайте ее! Я вас жду у вас…
— Но что? но что?
— После!
Обморок и припадки продолжались два часа. Весь дом был в страхе. Доктор сомнительно качал головою. Через два часа…
— Что же вам угодно сказать мне? — проговорил он суровым, грубым голосом. — Вы что-то хотели сказать?
— Вот письмо, которое вы перехватили у меня. Вы его узнаете?
— Да.
— Возьмите его.
Он взял письмо и поднес к свету. Я внимательно следила за ним. Через несколько минут он быстро обернул…
— Что это? — спросил он у меня, остолбенев от изумления.
— Три года тому, как я нашла это письмо в одной книге. Я догадалась, что оно было забыто,…
Я вошла в свою комнату, едва помня, что со мной сделалось. У дверей меня остановил Овров, помощник в…
— Мне бы хотелось поговорить с вами, — сказал он с учтивым поклоном. Я смотрела на него, едва…
— После, извините меня, я нездорова, — отвечала я наконец, проходя мимо него.
— Итак, завтра, — сказал он, откланиваясь, с какою-то двусмысленною улыбкой.
Но, может быть, это мне так показалось. Все это как будто мелькнуло у меня перед глазами.