У нас в семье было три брата, и звали их Дмитрий, Иван и Алексей; далее была ещё и четвёртая душа — Смердяков, внебрачный сын старшего из отца, но о нём я скажу позже. Родственники по линии матери у нас были разные, и вообще род наш был не простой. Подробности происхождения и семейные связи пригодятся потом; я же начну с рассказа о самом родоначальнике — о человеке, который стоял во главе семьи и оставил после себя имя Карамазов.
Отец наших братьев, Фёдор Павлович Карамазов, был человек чрезвычайно приметный и странный; в деревне его знали как человека праздного, распутного и богемного, нередко показного, ловкого любителя наживы и пустых слов. Он родился в некоторой обеспеченной купеческой среде, но свои деньги быстро расточил, и потому всю жизнь жил в беспорядке и праздности, больше охотившись за наслаждениями, чем за порядком.
В молодости Фёдор Павлович слыл человеком умным и остроумным; ораторский дар и наружная пышность были его отличительными чертами. Но чем старше он делался, тем более развращались его нравы: обаяние молодости сменилось цинизмом, и вместе с тем усилилось пристрастие к похоти и распутству. Он вскоре оставил любую серьезную работу и занялся спекуляциями и праздной жизнью; дом его перестал быть домом семейным и стал театром капризов и ссор.
Жена его, бывшая когда-то тихая и благочестивая женщина, умерла при родах одного из детей; это случилось давно, и после этого происшествия Фёдор Павлович стал совершенно безразличен ко всем семейным узам. Он не только не старался поддерживать порядок, но и попустительствовал всякому дурному влиянию: в доме водились распутники, напыщенные знакомые и случайные гости, которые лишь усиливали развращение и беспорядок.
Старший сын, Дмитрий Фёдорович, был воспитан в другом духе: его усердно учили порядочности, но в душе он носил страсть и благородство одновременно; он был человек вспыльчивый, тягающийся к страстям и одновременно склонный к жалости. Средний, Иван, воспитан был в духе рассудка и сомнения; он вырос интеллигентом, думающим о философии жизни. Младший, Алёша, был другом в семье простым и тихим; в нём было что-то трогательное и смиренное, будто хранитель семейного благочестия.
Семейный дом Карамазовых часто становился ареной споров и придирок: Фёдор Павлович любил провоцировать, насмехаться над чувствами и религиозностью; его разговоры были полны язвительности, и он не щадил никого, кто имел собственное мнение. Внешне он казался шутом, но под шуткой таилась жестокость и бесчеловечность, а также жажда удовольствий.
Однажды, в тот миг, когда семейные распри достигли крайней точки, в доме появился новый человек — старый слуга, который принёс известие, изменившее течение событий. Но прежде чем я перейду к самому делу, необходимо назвать ещё некоторых лиц, которые играли в нашей истории не последнюю роль: соседство, прежние любовные интриги и тяжбы о наследстве — всё это составляло фон наших отношений и влияло на судьбу братьев.
Кроме того, нельзя не упомянуть, что деревня, в которой происходили все эти события, была местом своеобразным: люди там были грубоваты и суеверны, но вместе с тем отличались простотой и прямодушием; их судьбы переплетались с судьбами Карамазовых, и многие мелкие происшествия имели впоследствии последствия большие, чем казалось сначала.
Я рассказываю это не для того, чтобы оправдать или осудить кого-либо, а чтобы показать истоки размолвок и причин, по которым братья именно так сложились; всё это — не выдумка, а правдивое повествование о событиях, которые я наблюдал или слышал от людей, близких к семье. И, приступая к рассказу, я прошу читателя помнить, что перед ним — не роман о благородстве, а скорее о слабостях человеческой природы.
Так началась наша история: дом, где родились и выросли Карамазовы, был вечной ареной страстей и смут; отец, своими поступками и словами, сеял зерна раздора, и братья, каждый по-своему, отвечали на это. Вскоре события, к которым вело всё это строение отношений, выльются в нечто трагическое и нелепое — но это уже следующая часть повествования, к которой мы подходим шаг за шагом.