Я вспоминаю одну забавную случайность и одну серьезную причину, которые имели большое влияние на мою судьбу и которым я обязан тем, чем я стал.
Случайность эта такова: мой отец, будучи тогда чиновником небольшой руки в одном учреждении, получил однажды приказание ехать в провинцию для устройства какого‑нибудь дела; он должен был быть там целый месяц. Дело-то не требовало присутствия ни моего отца, ни какого‑либо его товарища, но таков был порядок службы.
Моему отцу было несколько за тридцать, здорового сложения, с живым умом и хорошим чувством. Он любил порядок и точность в малых и больших вещах и был спокоен в обращении со своими подчиненными. В этом он отличался от большинства чиновников того времени, которые тяготились любою деятельностью и предпочитали бывать неизвестно где, лишь бы не исполнять служебных обязанностей.
В то время, как мужская доля многих людей была связана с канцелярским креслом, мой отец хотел дать мне лучшее образование и вёл меня в Москву учиться. По возвращении из провинции он привёл меня с собою в Санкт‑Петербург и определил в службу при одном из военных предводителей.
В детстве я был склонен к книгам и мечтам; родитель, видя это, хотел направить меня на службу, где можно было бы развить лучшие мои способности и где бы я мог приобрести положение и честность. По этой причине он в два года отдал меня в пансион при военном училище; так начался мой путь, который привёл меня потом к событиям, описанным в следующей повести.
Когда я смотрю сейчас на те происшествия моих лет, которые тогда казались мне великими и серьёзными, я улыбаюсь; но сколько бы ни смех мой был насмешлив, память хранит и добрые чувства, и прежние страсти. Все наши страсти, как и все наши добродетели, имеют начало в воспитании и в случайностях рождения, и жизнь человека — это совокупность этих влияний.
Таково вступление, которое я считаю нужным сделать, чтобы читатель понял ту обстановку и те нравы, в которых я вырос, и из которых вышли поступки, о которых будет речь далее.